— Скажи, где ты сейчас.
— Индикатор показывает, что я на высоте 135 метров.
— Думаешь, можешь продолжать?
— Да, теперь высота меня не пугает.
— Как часто ты дышишь?
— 38 раз в минуту.
Полчаса спустя я уже был на 80-м этаже.
Гусев смотрел на меня с недоумением. Капитан не мог поверить, что я поднялся сюда так быстро. Даже по лестнице это заняло бы больше времени, но я справился за полчаса.
В этот момент у меня зазвонил телефон. Мельком посмотрел на экран — Памела.
— Привет, Григорий? Где ты? — в её голосе звучала лёгкая нетерпеливость.
— Я занят, — ответил я коротко.
— Опять работаешь? Мы же договаривались пойти на день рождения Леонида. Селена, Антон и Кристина уже тут. Не хватает только тебя.
— Скоро буду, — сказал я, цепляясь за стену, — уже почти закончил.
— Ты что, запыхался? Не говори, что снова ночную пробежку устроил.
— Нет, правда работаю, — усмехнулся я.
— Ладно, поторопись. Ах да, можешь мне помочь выбрать подарок?
— Какие есть мысли? — я продолжал карабкаться вверх, балансируя одной рукой на присоске.
— Может, купишь Леониду часы?
— Какие? — поинтересовался я, чувствуя, что Гусев подслушивает.
— До ста тысяч.
Гусев хмыкал, явно поражённый тем, что я обсуждал подарки на такой высоте. Ещё и разговаривал, как ни в чём не бывало, хотя моя работа требовала концентрации. Ну да, мне было не впервой.
Когда закончил разговор, Гусев заговорил:
— Гриша, у тебя ещё 20 этажей до 130-го. Думаешь, справишься?
Я усмехнулся, отцепил присоску от левой руки и рванул быстрее. Эти присоски просто чудо техники — гибкие чашки с крошечными отверстиями, которые давали мне время на пять секунд, чтобы переползти на новую поверхность. Но долго отдыхать не позволяли — надо было карабкаться без перерыва.
Гусев, глядя в бинокль, едва не выронил его.
— Этот парень монстр, — пробормотал он себе под нос.
Моя мотивация только росла. Уже чувствовал, как скоро увижу Филимона и заставлю его заплатить. Эта мысль добавила мне ещё больше энергии.
— Гриша, ты почти у цели! Используй основную присоску, чтобы закрепиться, — голос Гусева донёсся сквозь помехи рации. — Стеклорезом вырежь стекло.
Я сделал круг на стекле и с силой ударил. Стекло треснуло и влетело внутрь, открыв мне проход. Влез в квартиру, надел очки ночного видения и отключил рацию.
Роскошь, которой Филимон себя окружил, была просто сумасшедшей. Весь 130-й этаж принадлежал только ему.
На огромной кровати спал сам Филимон Чикатилов. Подкрался к нему, как тень, и, прижав ему рот, заставил открыть глаза.
— Ты видел ад? — прошептал я сквозь маску.
Он начал понимать. Его взгляд затуманился. Я наклонился ближе:
— Это только начало, дружок.
Глядел я на этого бедолагу, и наконец-то улыбка расползлась по лицу. Наконец-то. Решил, что пора повеселиться. Вкинул в него заклинания «Адский колокол» и тут же добавил «Эфирные иглы».
В его голове зазвучал колокол — мрачный звон Ада.
Комбо получилось шикарное. Двойной удар по психике. Филимон корчился, как рыба на берегу. Но мне этого было мало. Простая пытка? Серьёзно? Меня этим не проймёшь.
Вытащил бутылочку с «Кровью раложения». Специально для него готовил. Влил ему прямо в глотку — и он тут же вырубился. Сразу, как по часам.
Гусев, как всегда, философствовал в рацию:
— После того, как ты вошел, всё тихо. Наверное, сигналка где-то в кровати или на стенах.
Я же уже шагал к окну, разглядывая дыру в стекле. Пора валить. Выпрыгнул через неё, как настоящий каскадёр, и раскрыл парашют. Первый раз прыгал с парашютом. Низко, адреналин так и пер. Но назад дороги не было. Только вниз.
Опустился плавно, точно в точку встречи. Гусев там уже меня ждал.
— Ну, как там?
— Всё по плану, — сорвал маску и сделал глубокий вдох. Чувствовал себя, как после хорошей тренировки.
— Он жив? — спросил Гусев.
— Пока что. Но скоро он сам захочет умереть, — усмехнулся я, чувствуя, как во мне бурлит азарт. Обожаю это.
— Не думал, что твой дикий план сработает, — пробормотал Гусев.
— Подбросишь?
— Конечно, куда?
— На день рождения.
Он довез меня до Леонида. На входе мы с Гусевом обнялись, типа «до скорого»:
— Капитан, если что, звони. Помогу.
— О, не парься. У меня дочь, так что всё понимаю. Удачи.
Гусев уехал, а я остался. Одел обратно костюм. В этот же момент позвонил Памеле:
— Ты у Леонида?
— Да, он уже спрашивает, где ты.
— Я тут снаружи.