Сергеев мерно кивал.
— Да, все будет сделано.
— И Стоун… — рассеянно продолжил Маларек, но не закончил и замолчал. Сергеев и так отлично знал, что многолетняя работа влиятельнейших людей двух супердержав не должна быть сведена к нулю одним-единственным отчаявшимся человеком, о месте нахождения которого на данный момент не было известно ровным счетом ничего.
38
Москва
Стефан Крамер собирался взорвать свою последнюю бомбу. Материалов, полученных им от Федорова, осталось на один раз. Сегодня у Стефана был свободный вечер, — как водитель «скорой помощи», он обычно работал по вечерам, — и они с Яковом сидели в убогой комнате в коммунальной квартире, собирая самую элементарную бомбу: несколько кусков динамита, подсоединенные к капсюлю-взрывателю. Фактически работал один Стефан, а Яков просто сидел рядом на софе.
Комната была очень простая и бедная: софа на старом синем половике, покрытая вытертым красным покрывалом стол, пара стульев. Стены были выкрашены в блеклый болотный цвет.
— Стефан, — вдруг сказал Яков, — мы делаем ошибку.
— Почему?
— С каждой бомбой возможность того, что нас схватят, возрастает колоссально. Милиция и так нас наверняка уже ищет.
— Если я буду так же осторожен…
— Нет, Стефан. Мы оба устали. А власти никак не реагируют. Никак. Абсолютно. Абрам все еще в психушке.
— Наберись терпения. Это же все не сразу делается.
Яков пожал плечами.
— Слушай, ты должен переехать с этой квартиры. Постарайся подыскать что-нибудь получше. У нас есть лишняя комната, ты же знаешь. Ты бы мог опять переехать к нам…
— Политбюро медленно соображает, — продолжил Стефан. — Они же должны иметь время переругаться между собой. И надо послать им еще одно письмо. Но я думаю, что мы не должны угрожать им выходом на улицу со своими требованиями. Мне кажется, что в этом случае возможность освобождения Абрама только снижается. Пусть все будет в секрете, вот тогда правительство будет бояться огласки.
— Не знаю… — проговорил Яков.
— Отличная получилась бомба, — заявил Стефан, показывая отцу только что сделанный механизм.
Но Яков покачал головой и сказал:
— У меня очень плохие предчувствия.
В тот же день, ближе к вечеру, одетый в рабочий синий комбинезон, позаимствованный им у соседа, Стефан пересек площадь Свердлова и подошел к боковому входу огромного здания с портиком — Большого театра. Входов было много, днем они не охранялись. Стефан вошел в один из них. В синем комбинезоне и простом сером пальто он был похож на курьера и никого не заинтересовал. В руках он нес картонную коробку с пачкой бумаг, которые могли показаться новыми программками. На самом же деле это были бракованные бланки, которые он только что подобрал у одной из урн.
— Мне нужны актерские уборные, — грубовато обратился он к проходившему мимо него по коридору человеку. — Можете показать, где это?
Тот рассказал, и очень скоро Стефан нашел холл, из которого множество дверей вели в гримерные. Вокруг никого не было видно, и Крамер начал одну за другой открывать эти двери. Если бы его кто-нибудь засек за этим делом, он бы сказал, что ему надо отдать коробку администратору, которого он никак не может найти. Вторая же дверь была незаперта, в комнате никого не было. Стефан быстро обыскал гримерную, и очень скоро его сердце екнуло: он обнаружил то, что искал. На маленьком столике лежал служебный пропуск одной из балерин: маленькая красная книжечка с золотым гербом. Крамер быстро засунул ее в карман, схватил свою коробку с бланками и вышел в холл. Мимо, не обратив на него ни малейшего внимания, прошли две балерины в пачках и пуантах. Часть операции прошла успешно, и это было неудивительно. Артисты в гримерных не слишком аккуратны со своими документами.
В тот же вечер Стефан пришел к Большому театру опять.
Бомба, принесенная им, была не очень мощная, но в огромном театре она, конечно, наделает много шуму. Она была маленькая, всего два сантиметра на восемь, поэтому Крамер без труда спрятал ее в большом букете, завернутом в целлофан.
Конечно, при детальном рассмотрении ее было бы совсем не сложно обнаружить, но Стефан рассчитал все так, что времени для этого ни у кого не будет. Ему поможет служебный пропуск: он будет действовать как служащий театра, которому поручили вручить букет какому-нибудь важному чиновнику. Скажем, презент от директора театра.