Пог сказал, что у Берии было три самых верных агента. Один из них Дунаев. Второй был убит во время сталинских репрессий. Третий, по имени Осип Вышинский, говорят, до сих пор жил в СССР. Дунаев, зная, что дни его сочтены, эмигрировал сразу же после казни Берии.
Он должен увидеться с Дунаевым.
Город был покрыт плотным туманом. Даже на небольшом расстоянии фигуры казались искаженными и мистическими. Проходя мимо кинотеатра, Чарли что-то почувствовал или, точнее, что-то увидел боковым зрением: в тумане маячила какая-то фигура. Что-то в ней неуловимо было знакомо Стоуну: то ли силуэт, то ли повадка. И тут он понял, что за ним опять следят.
Да, они выследили его и в Чикаго.
Нет, о Боже! Только не это!
Нет!
Чарли ускорил шаг. Человек на противоположной стороне улицы, все так же почти невидимый, тоже пошел быстрее. Чарли свернул за угол, и мужчина начал переходить улицу, держась на расстоянии около ста ярдов. Где же он видел этого человека? Здоровый мужик с эспаньолкой, одет в черную кожаную куртку. Чарли видел его раньше. Он был в этом уверен.
Стоун опять завернул за угол, быстрым прыжком выскочил на аллею и прижался к каменной ограде. Преследователь будет здесь через пару секунд.
Тут внимание Чарли привлек блеск отломанной от стола железной ножки у него под ногами. Он быстро нагнулся и схватил ее здоровой рукой. Это была довольно тяжелая ножка от допотопного кухонного стола.
Сейчас!
Чарли, застав преследователя врасплох, с силой опустил железяку на его голову. Она, соскочив, ударилась о его плечо. Стоун бросился на него и сбил с ног. И в этот момент он понял, где видел этого человека.
В Кэмбридже.
Это был один из тех, кто убил его отца. Это был убийца.
Преследователь, медленно и вяло поднимаясь с земли, быстро засунул руку в карман куртки.
Стоуна вдруг охватила страшная ярость, и он с нечеловеческой силой бросился на убийцу своего отца. Но мужчина уже оправился, и Чарли получил сильный удар в лицо.
Почувствовав на губах вкус крови, Стоун начал молотить напавшего металлической ножкой по плечам. Тот старался сбить Чарли с ног, но у него это не получалось. В конце концов удар пришелся по самой макушке убийцы. Обезумевший, чувствуя на губах соленую жидкость, Стоун думал одно: «Это тебе за моего отца!»
Мужчина был мертв.
Тело лежало на земле аллеи, спрятанное от прохожих стеной и густым туманом. Лицо было залито кровью.
Чарли смотрел на него, все еще не веря своим глазам. Он убил человека.
Затем, засунув руку ему за пазуху, он нащупал кобуру с пистолетом «Лама М-87» с полным магазином. Чарли положил оружие себе в карман. В нагрудном кармане убитого он нашел бумажник. Открыв его, Стоун обнаружил фальшивые удостоверения: кредитные карточки и права на разные имена. В бумажнике оказалось и потайное отделение, проникнув в которое, Чарли достал маленькую пластиковую карточку с выбитым на ней телефонным номером. Им, конечно, пользовался убийца для связи с теми, кто его посылал. Телефон был вашингтонский, округ Колумбия.
Запачканными кровью руками Стоун засунул карточку в свой карман и побежал прочь.
40
Индианаполис
После ухода Стоуна Пог вытащил из кармана носовой платок и промокнул вспотевший лоб.
«О Боже, — подумал он, — куда же влип этот парень?»
Пог поднял трубку, позвонил в аэропорт и попросил Джима держать самолет «Пайпер» все время наготове, следить за прогнозами погоды и узнать, можно ли получить посадку в Индиане. Надо было спешить. Он должен был немедленно лететь в Индианаполис, штат Индиана.
Затем Пог набрал домашний номер Хэролда Бидуэлла, бывшего судьи Верховного суда. Несмотря на то, что Бидуэлл давно уже был на пенсии, он до сих пор пользовался большим уважением и оставался одним из наиболее влиятельных людей Америки. Даже сейчас, спустя пять лет с того дня, как он оставил работу, судья имел тесные связи практически со всеми более или менее значительными вашингтонскими чиновниками.
Судья Хэл Бидуэлл был утвержден на свою должность в Верховном суде тридцать пять лет назад благодаря тому, что молодой энергичный сотрудник ФБР Уоррен Пог раскопал компрометирующие материалы на всех соперников Бидуэлла.
В трубке послышался гудок… второй… третий.
Бидуэлл сразу разберется, в чем дело. Пог отлично понимал, что нарушает субординацию, звоня непосредственно судье, но дело было чрезвычайно серьезным.
— Ваша честь, — начал он, когда Бидуэлл наконец поднял трубку, — нам необходимо срочно встретиться. Я буду у вас в Индианаполисе, — он взглянул на часы, — через два часа.