Итак, Чарли был прав. Людей действительно убивали.
И следующим будет он, Чарли. Она в этом уверена. Он будет следующим, если она не поможет.
Несколько минут Паула сидела неподвижно, потрясенная, глядя прямо перед собой и не зная, что делать. Затем она вспомнила имя одного очень влиятельного человека, Уильяма Армитиджа. Стоун говорил, что встречался с ним в Вашингтоне. Теперь Паула знала, кому надо позвонить. Чарли требовал, чтобы она не вмешивалась в это дело, но ведь он просто хотел уберечь ее.
Черт подери, она сама способна себя защитить.
Она должна позвонить. Паула знала, что длительные телефонные разговоры из здания суда прослушиваются. Но ведь можно сделать так, чтобы этого не произошло, верно? Она встала и заглянула в кабинет босса. Его не было, очевидно, ушел на обед. Отлично, можно воспользоваться его телефоном.
Один из аппаратов на столе босса был типа «моторола-СТУ-3». Такие телефоны обеспечивают повышенную секретность разговора. Их устанавливают на определенный период времени в кабинетах самых высокопоставленных особ. Босс почти никогда не пользовался этим аппаратом и поначалу очень долго сетовал по поводу такого бездумного растранжиривания государственных денег. Возможно, это и неважно, с какого телефона звонить, но лишняя предосторожность не помешает.
По телефону босса Паула позвонила своему другу, который был совладельцем одной, как она считала, ужасно огромной юридической фирмы в Нью-Йорке. Ему в этой жизни удалось достичь гораздо большего, чем ей.
— Кевин, — сказала ему Паула, — сделай мне одно одолжение.
Кевин был очень обязательным человеком и, что немаловажно, он не задавал лишних вопросов. Он сделал несколько звонков, проконсультировался с кем надо и сообщил Пауле номер телефона приемной судьи Уильяма Армитиджа. А если ее звонок Кевину все же засекли, то они смогут узнать лишь, по какому номеру огромного юридического офиса он был сделан. Ну и пусть.
Паула нервно барабанила пальцами по металлическому столу, раздумывая, в состоянии ли она говорить с Армитиджем прямо сейчас и поверит ли он в то, что́ она расскажет ему о смерти в Чикаго бывшего сотрудника ФБР Пога.
В конце концов Паула набрала номер и услышала женский голос:
— Приемная.
Паула выпалила какую-то ерунду, чтобы не отвечать на вопросы секретарши, а затем услышала такое, что похолодела от ужаса.
— Вы разве не знаете? — сочувственно спросила ее женщина из приемной. — Мне очень жаль, но несколько дней назад мистер Армитидж скончался.
Повесив трубку, Паула долго сидела, массируя виски. От страха ее даже подташнивало, болели глаза. Она вытащила из бумажника запачканную кровью пластиковую карточку, которую отдал ей Стоун. Размерами и формой она напоминала кредитную, но на ней был выбит телефонный номер. Такой карточкой обычно пользуются тогда, когда необходимо заказать телефонный разговор, находясь вне пределов города.
Чарли забрал ее из кармана того парня, который напал на него в Чикаго и которого он убил. Он сказал тогда, что в случае необходимости будет легко узнать, что это за номер. А там уже будет несложно выяснить и имя пославшего убийцу. Паула тогда вырвала карточку из рук Чарли и сказала, что она сама все это сделает. И сейчас, с пересохшим от дурного предчувствия ртом, она начала набирать номер телефона, выбитый на карточке, измазанной кровью.
47
Москва
Штаб-квартира Первого главного управления КГБ размещается на окраине Москвы, в Ясеневе, в элегантном здании необычной архитектуры. Говорят, что ее сходство со штаб-квартирой ЦРУ слишком велико для простого совпадения. В этом здании расположены офисы и лаборатории особого следственного отдела, среди которых — лучшая в СССР лаборатория судебной экспертизы. Осколки любой бомбы, взорванной в СССР, на Ближнем Востоке или в какой-нибудь еще, небезразличной для советского правительства стране, присылались сюда для анализа.
Одним из лучших химиков лаборатории был Сергей Абрамов, полноватый, лысеющий сорокадвухлетний мужчина с круглым лицом, гладкой кожей и пухлыми руками. У него была жена, которая работала в библиотеке, и две дочери.
Этим утром Абрамов был сердит и раздражен. Незадолго до этого он получил очень любопытную записку от одной американской телерепортерши, с которой он время от времени встречался. Встречи эти, конечно, держались в строжайшем секрете. Она знала его только по имени. Абрамов считал Шарлотту Харпер умным и талантливым человеком и вообще — «на уровне».