Работая не торопясь и очень внимательно, Абрамов получил к обеду молекулярную формулу осколка.
Она отличалась от того, что он привык видеть.
Эксперт проверил расчеты и сверился с таблицей диапазона. Проверяя еще раз, он вдруг с ужасом понял, что формула ему знакома. С этим взрывчатым веществом лаборатории приходилось работать не раз.
Это был не просто американский пластик.
Он не мог ошибиться. Все три бомбы, взорванные недавно в Москве, были сделаны с применением взрывчатого вещества, произведенного на заводе военного снаряжения в городе Кингспорт, штат Теннесси, США. Там, и только там производится «С-4».
Но это было еще не все.
Формула исследованного им образца абсолютно совпадала с формулой «С-4» особого состава, который был разработан специально для ЦРУ.
Он был уверен на сто процентов.
Отхлебнув чаю уже из третьей чашки, Абрамов начал диктовать секретарше отчет.
48
Париж
Стоун сидел в кафе «У доброй Франкетты» на улице Рокет, недалеко от кладбища Пер-Лашез. Он ждал Дунаева. Прошло пять минут, десять… Старика не было.
Чарли в очередной раз раздраженно взглянул на часы и заказал пастис, оставляющий металлический вкус во рту.
Стоун оглядел бар в поисках человека, который мог бы оказаться Дунаевым. Таких не было. Женщина, сидевшая у стойки, явно проститутка, поймав его взгляд, кокетливо улыбнулась. Ей было уже за пятьдесят. У нее были длинные, плохо покрашенные волосы, лицо покрывал толстый слой пудры, не скрывавший, однако, многочисленных морщин на ее лице. Стоун ответил улыбкой и отвернулся: спасибо, мол, но не стоит беспокоиться.
Прошло уже двадцать минут с назначенного времени, а Дунаев так и не появился. Инструкции, переданные ему женщиной из собора, были точны и определенны. Она особенно настаивала, чтобы Стоун ни в коем случае не опаздывал. И теперь он ждал этого эмигранта вот уже двадцать пять минут.
Может, с ним что-нибудь случилось? Он опять внимательно осмотрел кафе, пытаясь обнаружить кого-либо, кто казался бы в этом зале не на месте. Возможно, Дунаев послал кого-то наблюдать за ним. Но никого похожего он не заметил.
Проститутка опять кивнула и, похотливо виляя бедрами, подошла к нему.
— Дай прикурить, — обратилась она к Чарли по-английски гортанным, низким голосом заядлой курильщицы. Женщина явно раскусила, что он американец.
— Извините, я не курю.
Она улыбнулась, показав желтые зубы, пожала плечами и взяла несколько спичек у бармена. Через несколько минут проститутка подошла к его столику опять.
— Ждешь кого-то? — спросила она, склонив голову к плечу и картинно поднося сигарету к губам. Было похоже, что она училась курить по старым фильмам.
— Да.
Женщина выпустила большой клуб сигаретного дыма.
— Можно присесть с тобой?
— Извините, нет.
— А может, я помогу тебе найти того, кого ты ищешь? — произнесла она, сверкнув своей желтозубой улыбкой.
Стоун кивнул. Теперь он понял.
— Мне кажется, — продолжила женщина, — что у нас с тобой есть общий друг.
Вот оно. Этот старый чекист оказался невероятно осторожен. Он прислал посредника.
— Иди за мной, — сказала она.
Стоун встал, расплатился по счету и вышел за ней из кафе.
— Господин Дунаев просил извиниться. Ему приходится быть очень осторожным, — говорила она, идя по улице Рокет. — Он сказал, что ты поймешь.
— Конечно.
— Он страшно хочет увидеться с сыном старого друга, — продолжала болтать рыжеволосая, ведя его по узкому переулку. Они подошли к неуклюжей черной с бордовым машине, в которой Чарли сразу узнал ДСВ — дешевый, очень распространенный, но не очень безопасный автомобиль. Когда-то он был трехколесный, но потом по распоряжению французского правительства модель была переработана и сделана четырехколесной.
— Садись, — пригласила женщина, обходя машину и садясь на водительское место. — Я отвезу тебя к нему.
Дверца была не заперта. Стоун опустился рядом с ней на переднее сиденье и в ту же минуту почувствовал, что что-то не так. Замерев от ужаса, он медленно повернул голову и увидел дуло пистолета, направленного на него с заднего сиденья.