Правда по моему тону и не скажешь, что мне жаль. Больше похоже на издевку, но я сейчас в таком состоянии, что я не могу подстраиваться под настроение собеседников. Не осталось во мне ни эмпатии, ни понимания.
Сын моего арендодателя довольно скептично рассматривал мой домик и участок и, покачав головой, подошел ко мне.
— Слушай, ты хоть понимаешь, что ты натворила? Ты спалила квартиру моего отца. Соседям сожгла по комнате и попортила квартиры. Остальных просто затопила до первого этажа. Представляешь, что с тобой за это сделают?
— Жора, для этого надо думать головой! Ты посмотри на нее! Откуда у нее мозги?! — вспылил Валентин Георгичевич. — Она думает, что сбежит и ей ничего не будет!
Жора указал на меня пальцем.
— Ты же понимаешь, что ты сядешь?
Я резко хлопнула его по руке.
— Не тыкай мне тут, — зло процедила я. — Я не дура и за возгорание в квартире, в которой я не находилась — вы меня не посадите. Даже если я ее снимала.
— Уверена? — вскинул брови Жора. — Кто знает, что следственный комитет найдет в нашей квартире. Может быть ты там бомбу собирала?
Еще утром меня бы оскорбило до глубины души само предположение. Но сейчас, слыша эту провокацию, я лишь зло рассмеялась.
— Отлично. Вы покрывали террористку и сядете вместе со мной, — нагло сказала я. — Вы же собственники, которые не регистрировали жильца, избегали уплаты налогов и брали плату наличными?
— Максимум нам впаяют штраф, — кивнул Жора. — А ты бы не была такой дерзкой и послушала внимательно. Нам тебя жаль и мы приехали тебе помочь решить все без суда, тюрьмы и долговой ямы.
Я сделала максимально заинтересованное выражение лица.
— Мы со специалистами оценили стоимость ремонта в нашей квартире, но я сомневаюсь, что у тебя есть такая сумма, — разочарованно посмотрел Жора на мой дом. — Так что сейчас мы поедем в банк и ты оформляешь кредит. Или на ремонт, или мы просто продаем тебе нашу квартиру по рыночной цене. И никаких вопросов к тебе у нас не будет.
Очень заманчивое предложение для человека, у которого на карте ровно 2320 рублей.
— Мне не дадут такой кредит. Можем прокатиться хоть по всем банкам.
— Оформляй на родственников, — легко пожал он плечами.
— Им тем более не дадут, — рассмеялась я.
— Тогда продавай этот сарай! — почти плюнул мне в лицо бывший арендодатель. — И оплачивай ремонт!
Кивнув, я тут же открыла приложение по продаже недвижимости:
— Пять лет уже висит объявление. Так и не смогла продать.
О причине, я решила пока не говорить. Пусть будет сюрпризом.
— Тогда оформляем дарственную на дом и участок на моего отца, — легко парировал Жора. — Но оценка будет в два раза ниже суммы, за которую ты пыталась его продать. На оставшуюся сумму ты напишешь долговую расписку и заплатишь нам за ремонт.
— А если я не соглашусь? — с вызовом начала я наступать на них. — Заставите силой?
— Тогда ты оплатишь ремонт всем пострадавшим в нашем доме, — уверенно произнес Жора. — Тебя ждет коллективный иск за поджог и хранение особо опасных веществ. Я думаю, там набежит сумма миллионов на 30 минимум.
Он достал из кармана визитку и протянул ее мне.
— Решай, платить 30 или 10. Я тут как адвокат моего отца.
Сама не знаю зачем я взяла визитку и, не глядя, положила ее в карман.
— А больше вы похожи на бандита, который пытается повесить на меня вину отца, решившего сэкономить на электрике. Вы же сами меняли счетчики и чинили проводку месяц назад?
Повернув голову к собственнику квартиры номер 62, я криво усмехнулась и решилась на отчаянную ложь.
— Простите, я вам не сказала, но я поставила скрытые камеры в квартире, когда заехала.
— Да, как ты смеешь угрожать мне, крыса помойная?! — заорал на всю улицу Валентин Георгиевич. — Там ничего не осталось! Нет больше никаких камер!
Валентин Георгиевич поливал меня словесными помоями, пытаясь наброситься на меня, а сын пытался не дать отцу этого сделать. И по лицу Жоры, вижу, что я попала в слабое место.
Невольно, я до бела сжала кулаки. Они и правда не вызывали электрика. Сами все поменяли, налажали со счетчиками, с проводкой, а теперь угрожают мне и требуют с меня бабки?!
У меня даже слов нет, чтобы описать мнение об этих людях.
— Ты за все заплатишь! — пытался пробиться ко мне Валентин Георгиевич.
Не знаю, чем бы это все закончилось, но за моим забором раздались новые крики.
— Так они правда поехали к ней!
Внезапно на мой участок ввалились две тетки из 61 и 63 квартиры, которые вчера ругались с Валентином Георгиевичем у подъезда.
— Это твой сарай?! Продавай его и возмещай нам материальный ущерб!
— Это он менял проводку своими руками! — указала я на арендодателя. — Пусть он вам и платит!