Иван Макарович внимательно его прочитал и вернул Рябинину.
— Отлично. Ну тогда стоит сообщить обо всём нашему стажёру. Как вы считаете, Аристарх Платонович? — начальник сыскного отделения смотрел на судебного следователя.
Белозёрову не нравились все эти игры между следователем и начальником, но он тихо сидел и ждал продолжения.
— Хорошо, Иван Макарович, тогда, наверное, я начну с вашего позволения? — спросил Рябинин, и Воронов согласно кивнул.
Аристарх Платонович посмотрел на Василия и протянул ему документ, который до этого показывал Воронову.
Белозёров аккуратно взял его в руки и принялся читать:
Распоряжение окружного суда.
'Предписываю:
Ввиду большой необходимости привлекать В. И. Белозёрова для следствия по сложным делам, назначить ему сверхштатное денежное содержание за счёт средств, предусмотренных на особые поручения судебного ведомства.
Выделить В. И. Белозёрову комнату в доме, находящемся в ведении судебного ведомства, на срок исполнения указанных поручений.
Начальнику сыскного отделения И. М. Воронову оказывать помощь В. И. Белозёрову в исполнении поручений судебного следователя А. П. Рябинина.
Основание: ходатайство судебного следователя А. П. Рябинина.
Председатель Московского окружного суда'.
Дальше шли подпись, дата и печать.
Белозёров удивлённо поднял глаза и посмотрел на Рябинина, потом медленно перевёл взгляд на улыбающегося Воронова.
Воронов тут же взял лежащий справа от него документ, подписал и протянул Василию.
Взяв из рук Воронова новый документ, он прочитал:
Приказ по Московскому сыскному отделению:
'Ввиду проявленных способностей по ряду сложных дел, а также на основании ходатайства судебного следователя А. П. Рябинина
ПРИКАЗЫВАЮ:
Перевести стажёра В. И. Белозёрова в штат Московского сыскного отделения с назначением на должность младшего агента сыскной полиции.
Начальнику канцелярии обеспечить внесение записи в послужной список В. И. Белозёрова и выдать служебное удостоверение.
Основание:
ходатайство судебного следователя А. П. Рябинина;
заключение начальника сыскного отделения И. М. Воронова о пригодности В. И. Белозёрова к службе в качестве агента.
Начальник Московского сыскного отделения
И. М. Воронов'
Дальше стояли свежая подпись Воронова, дата и печать.
Василий протянул приказ назад Воронову, рука непроизвольно дрогнула.
Белозёров молчал, не зная, как реагировать на свалившееся на него счастье.
— Пока ты молчишь… — Рябинин достал из папки ключ от комнаты и небольшую записку с адресом. — Вот тебе ключ и адрес. Я сам всё получил, чтобы тебе время не тратить. Но за деньгами в окружной суд зайдёшь сам. Дом расположен между отделением сыска и окружным судом.
Василий продолжал молчать, только забрал ключ и адрес.
— Всё, младший агент Белозёров, удостоверение получишь завтра, — произнёс Иван Макарович.
— Спасибо, — наконец произнёс Белозёров.
— Займись делом Фроловой. Куда ты там собирался? К Лужину и в полицейский участок к судебному врачу? — заговорил Рябинин.
— Да, хотел выяснить рост жертвы, — кивнул Белозёров.
— Вот и отправляйся. А потом займись переездом. Завтра в семь утра жду тебя в своём кабинете, а мы пока с Иваном Макаровичем решим остальные вопросы по делу Фроловой, — сказал Рябинин.
Василий сразу встал и направился к выходу из кабинета.
— Подожди, — окликнул его Аристарх Платонович. — Вот, возьми деньги, понадобятся на переезд. Завтра получишь в окружном суде своё довольствие и отдашь.
— Спасибо, — Белозёров подошёл к Рябинину и, забрав деньги, направился к фотографу Лужину.
Как только он покинул кабинет Воронова, он остановился и прикрыл глаза. Эмоции распирали Василия. Ему только что обеспечили более‑менее нормальное существование в этом времени. Теперь дело оставалось за малым: усиленно работать. И в первую очередь надо раскрыть дело Фроловой.
Белозёров открыл глаза, кивнул сам себе и быстрым шагом пошёл к Лужину.
Глава 8
Белозёров стоял на крыльце окружного суда, ожидая приезда Рябинина. Настроение было не просто хорошим — оно было прекрасным. Сегодня Василий впервые позавтракал. Возле его нового дома оказался небольшой трактир с приемлемыми ценами на завтраки, который открывался в полшестого утра. Желудок не урчал от голода и не мешал думать.
Комната, которую выделил окружной суд, оказалась большой и светлой. Мебели было не слишком много: шкаф для одежды и белья, шкаф для книг, большой стол и, что самое важное, большая кровать с удобным матрацем. Этого Василию было достаточно для комфортной жизни, а точнее — для комфортного отдыха.