— Василий, как Пётр Степанович соберётся, а Горюнов тело заберёт, продолжим с управляющим, — сказал Рябинин и последовал за понятыми, которые уже вышли из кабинета.
— П‑простите, — заикаясь, заговорил управляющий, обращаясь к Василию. — Я не помню всех адресов, но у меня в кабинете есть все данные на служащих. Я могу сходить.
— Пишите те адреса, которые помните. Сходим потом вместе, — резко ответил Василий.
Воронов улыбнулся и посмотрел на Румянцева:
— Василий, похоже, собирается всю душу из управляющего вытряхнуть, — тихо прошептал он, наклонившись к уху своего помощника.
— Главное, чтобы результат был. А мы поможем. Ведь меня, Иван Макарович, тоже из сыска попрут вслед за вами, если дело провалим, — также тихо ответил Фёдор Емельянович.
В кабинет вернулся Горюнов. С ним было четверо городовых.
— Так, двое с носилками — забирайте тело и в полицейский участок, в прозекторскую, — скомандовал Аркадий Ильич. — Вы двое помогаете Петру Степановичу. Сопровождаете его до дому, потом в сыскное отделение, там поможете всё выгрузить. И чтобы ни на шаг не отходили! Не хватало, чтобы кто‑нибудь ценную аппаратуру у вас из‑под носа увёл, — Горюнов так глянул на городовых, что они тут же вытянулись по стойке смирно. — Что встали? Схватили саквояж и ящик с пластинами — и на выход!
— Только аккуратнее! Не хватало, чтобы вы пластины побили! — тут же заговорил Лужин, когда особо рьяный городовой подхватил ящик.
Лужин посеменил за городовыми, следя, чтобы они аккуратно несли его саквояж и ящик с пластинами для камеры. Сам же крепко прижал к себе штатив и камеру.
— Ваше высокоблагородие, — обратился к Горюнову один из городовых, который грузил тело Конюхова на носилки. — Больно тяжёлый он. Нам бы ещё двоих, а то боюсь, уроним.
— Ну так и чего ты на меня смотришь? Сам сходить не можешь? — рыкнул Аркадий Ильич, и городовой сразу рванул к двери кабинета.
— Чего это вы разошлись так, Аркадий Ильич? — спросил Румянцев.
— Да эти газетчики всю душу вымотали. Только вышел городовых позвать, так они опять на меня накинулись, — пожаловался Горюнов.
— Да‑а‑а… — протянул Воронов. — Тяжело нам будет. Сейчас Лужину прохода не дадут.
— Дадут. Я городовым строго‑настрого приказал к Петру Степановичу никого не подпускать. И возле телеги, в которой тело повезут, оцепление поставил. Но ведь всё равно эти газетчики снимков наделают. Завтра с утра все газеты пестреть ими будут, — вздохнув, произнёс Аркадий Ильич. — Пойду я к Аристарху Платоновичу. Если не нужен здесь, поеду за судебным врачом. Буду поднимать его с кровати.
— Подожди уходить, Аркадий Ильич. Надо городовых по адресам разослать, чтобы служащих собрать в банке, — сказал Воронов.
— Подожду внизу тогда, — Горюнов оглядел кабинет, глянул на тело Конюхова на носилках и вышел.
Почти сразу в кабинет вошли трое городовых, подняли носилки и унесли тело.
— Ну что, Василий Игнатьевич, — обратился к Белозёрову Румянцев, — нам тут делать пока нечего. Мы тоже к Рябинину пойдём с Иваном Макаровичем. Будем список с адресами ждать. А ты тогда бери Тихона, да этого, который адресов своих служащих не помнит, и веди его в кабинет. Пусть пишет быстрее.
— Да как же я их все упомню? Их же пятьдесят человек! — возмутился управляющий, услышав, что говорят про него.
— Ну я же помню, — сказал Румянцев, посмотрев на управляющего.
— Простите, ваше благородие, — промямлил он.
— Пойдём, — Василий шагнул вперёд. Мохов тут же встал с другой стороны.
Управляющий кивнул и пошёл за Румянцевым и Вороновым, которые уже выходили из кабинета.
Через десять минут в кабинет управляющего вошёл Рябинин. Глянув на Белозёрова и Мохова, он сказал:
— Долго вы ещё будете адреса писать, господин Семакин? Или мне внести в протокол, что вы препятствуете следствию?
— Нет‑нет, ваше высокоблагородие, я уже заканчиваю. Ещё два адреса — и всё, — затараторил управляющий, став писать быстрее.
Через минуту он протянул список адресов судебному следователю. Рябинин быстро пробежал его глазами и передал Тихону:
— Отдай Горюнову, он внизу ждёт. Пусть городовых по адресам рассылает. — Потом полез в карман и достал деньги. — Знаешь поблизости какой‑нибудь трактир, который ещё работает?
— Знаю, Аристарх Платонович, — кивнул Тихон.
— Вот, возьми деньги. Поезжай в трактир и купи что‑нибудь поесть для всех. Я Воронова и Румянцева предупредил. Фёдор Емельянович с тобой поедет, — Рябинин протянул Мохову деньги.
— Сделаю, — Тихон взял деньги и вышел.
— Теперь с вами, — судебный следователь внимательно посмотрел на Семакина. — Давайте сюда все банковские документы, будем изучать.