— О какой сумме идёт речь? — уточнил Белозёров.
— Пять миллионов триста пятьдесят тысяч сорок два рубля, — Вяхирев повернулся к Рябинину. — Аристарх Платонович, в целом я закончил. Ничего нового я там не найду. Но если надо, я могу проверить абсолютно все документы и написать, где были внесены корректировки. Но на это уйдёт неделя, и мне потребуется отдельный кабинет, чтобы никто не мешал.
— Вы можете написать заключение на основании тех данных, что уже обнаружили? Нам этого будет достаточно, — спросил Аристарх Платонович.
— Зная вас, я уже это сделал. Документ в кабинете, — бухгалтер сложил тряпочку и убрал в кармашек сюртука. Надел очки и посмотрел на Василия. — Молодой человек, у вас дар к бухгалтерии. Аристарх Платонович сказал мне, что это вы нашли первые нестыковки. Не желаете работать вместе со мной? Я передам вам все мои знания.
— Спасибо, Пантелеймон Маркович, но я больше склонен заниматься сыском, — Василий улыбнулся, поддавшись на лесть бухгалтера.
— Жаль, такой талант пропадает, — Вяхирев вздохнул. — Если я вам не нужен, Аристарх Платонович, то поеду. У меня своих дел много. Ещё раз: заключение на столе. Увидите.
— Спасибо, Пантелеймон Маркович, — Рябинин пожал суховатую руку старика. — Скажите, управляющий был к этому причастен?
— Отчётность он не правил, но о проблемах банка точно знал, — ответил Вяхирев и направился на выход из банка.
Глава 23
— Подожди здесь, Василий, — сказал судебный следователь. — Сейчас отправлю Семакина в полицейский участок, и поедем в окружной суд. Надо постановления сделать на задержание Шадрина и Семакина. Банк закроют, здесь останутся городовые. Потом поедем в сыскное отделение, посидим, подумаем. Протоколы допросов почитаешь. Может, Горюнов сегодня Шадрина поймать сможет.
— Хорошо, Аристарх Платонович. Нам тут действительно делать уже нечего. Теперь надо работать с тем, что есть. А есть у нас уже много чего, — согласился Белозёров.
Через несколько минут городовые уже выводили упирающегося и кричащего на весь коридор Семакина:
— Вы не имеете права! Это произвол полиции! Я буду жаловаться прокурору!
— Через час я покажу вам постановление о задержании. И только от вас зависит, пойдёте вы под суд как соучастник ограбления банка и убийства Конюхова, — спокойным голосом сказал Рябинин.
— Я ничего не знаю! Это произвол! — продолжал кричать управляющий.
— Уводите его, — приказал Рябинин городовым. — Василий, поехали.
В вестибюле банка Рябинин отдал распоряжение остающимся в банке городовым и вышел следом за Василием.
Пролётка уже стояла возле крыльца банка. Городовые пропустили её внутрь оцепления, которое до сих пор не сняли. Вокруг банка скопилась толпа вкладчиков, которые наперебой, перекрикивая друг друга, задавали вопросы: что будет с их деньгами и когда откроют банк.
— Господин судебный следователь! — громче всех кричал один из мужчин, повисший на руках городового. — Я из газеты «Московские ведомости». Как продвигается следствие? Почему управляющего Семакина задержали? Когда будут известны подробности убийства Конюхова? Вопросы сыпали из рта репортёра, как из рога изобилия.
— Поехали, гони без остановок в окружной суд, — приказал Рябинин извозчику, проигнорировав репортёра.
— Как прикажете, ваше высокоблагородие, — кивнул извозчик и сразу закричал: — Разойдись, дай дорогу!
Городовые расступились, раздвигая толпу. Щёлкнул кнут, и пролётка сорвалась с места.
Возле окружного суда тоже толпились люди, но тут городовых было больше, и оцепление они держали максимально далеко от входа.
Городовые расступились, пропуская пролётку, когда увидели Рябинина в форме судебного следователя. Извозчик остановился возле крыльца:
— Приехали, ваше высокоблагородие.
— Подожди нас здесь. Потом отвезёшь нас в сыскное отделение, — Рябинин протянул извозчику деньги.
— Будет сделано, ваше высокоблагородие. Я от крыльца чуть отъеду, чтобы не мешаться, и буду вас ждать, — сказал извозчик, забирая деньги.
Белозёров шёл рядом с Рябининым по коридору окружного суда, когда тот резко остановился и произнёс:
— Молчи, я сам говорить буду.
К ним целенаправленно шёл прокурор.
— Аристарх Платонович, как продвигается следствие? — строгим голосом заговорил прокурор. — Меня ждёт градоначальник с докладом. Вкладчики уже и вход в казначейство окружили. Нам приходится везде держать городовых.