— Вяхирев нашёл недостачу и указал, что отчётность была исправлена. Также он подтвердил, что «почерк» исправлений очень похож на работу «Бухгалтера». Эту версию подтверждает и копия расписки, которую мы нашли в тайнике Конюхова вместе с одним миллионом рублей.
Василий достал протокол повторного обыска и положил перед своим начальством.
— Также версию инсценировки ограбления подтверждает допрос служащего, — Василий посмотрел на протокол допроса. — Некоего Петрова. Где он говорит, что вечером в день ограбления из банка выходили двое, несли две сумки. По виду — полные. Но мы с вами прекрасно понимаем, что, чтобы вынести из банка сумму больше, чем пять миллионов рублей, требуется несколько человек. И это точно не двое. Значит, из банка ничего не выносили. А сумки, скорее всего, были пустые либо набитые бумагой. Управляющий Семакин знал о проблемах банка, но вот какое участие он принимал, я пока не знаю. Аристарх Платонович его ещё не допрашивал, хоть и отправил в камеру полицейского участка, — Василий прервался и снова встал.
Пройдясь по кабинету, он посмотрел на Румянцева и Воронова:
— Надо сделать запрос в Министерство финансов. Скорее всего, Конюхов обратился туда с просьбой выделить ему сумму для покрытия убытков в связи с ограблением.
— Это может сделать только Рябинин, — сказал Фёдор Емельянович.
— Хорошо, я попрошу его. Теперь идём дальше… — Василий опять прошёлся по кабинету. — В день убийства Конюхова в кабинете было двое. Один из них точно Лука, но вот кто второй, который и ударил ножом владельца банка, неизвестно. Также неизвестно, были они там вместе или Лука обыскивал кабинет уже после убийства, когда пришёл к Конюхову за расчётом.
— Значит, нам нужно схватить «Бухгалтера» и допросить. Собственно, Рябинин ждёт, когда Горюнов его найдёт, — сказал Воронов.
— Вы правы, Иван Макарович, — Белозёров посмотрел на него. — Вы смотрели список тех, кто в день убийства Конюхова посещал банк?
— Мы с Фёдором Емельяновичем его составляли, когда допрос вели, — ответил начальник сыскного отделения.
— Прошу вас, посмотрите его ещё раз и скажите, вам ничего не кажется подозрительным, — Белозёров подошёл к столу и, достав из папки список, отдал его Румянцеву.
Фёдор Емельянович вместе с Иваном Макаровичем стали просматривать список, а Василий опять сел на стул.
Наконец Воронов и Румянцев переглянулись:
— Граф Александр Михайлович Загорский.
— Вот именно. Граф. Таких клиентов владельцы банка принимают лично, в крайнем случае — управляющий, если владелец банка вдруг отсутствует, — сказал Василий. — А в нашем случае графа принимал обычный служащий. Вам не кажется это странным?
— Уж не думаешь ли ты, Василий, что граф убил Конюхова? — спросил Воронов.
— Нет, конечно, — отрицательно покачал головой Белозёров. — Но вот почему его не принял Конюхов — большой вопрос. Судя по времени смерти Конюхова, — Белозёров достал из папки Рябинина заключение судебного врача, которое ему привёз Горюнов, — и времени посещения банка графом, Конюхов ещё был жив либо только‑только был убит. И ещё: никто не видел Луку. Может, конечно, его и не было в банке, и вторым в кабинете был не Лука, а кто‑то другой. Но я уверен, что там был Лука. И искал он копию расписки и деньги. Чтобы замести следы своего участия в махинации.
— Да, очень странно, что граф не был принят Конюховым, — задумавшись, сказал Румянцев.
В дверь постучали.
— Войдите! — крикнул Воронов, и дверь сразу открылась. Вошёл Горюнов.
— А где Аристарх Платонович? — спросил Аркадий Ильич.
— Отдыхает в лаборатории Лужина. Что случилось, Аркадий Ильич? — поинтересовался Воронов.
— Взяли «Бухгалтера», — ответил начальник полицейского участка. — Рябинин сказал сразу сюда его везти.
— Прекрасно, Аркадий Ильич. Просто великолепно. Давайте его к Лужину, пусть снимет отпечатки. Придётся Аристарха будить, — сказал Иван Макарович и встал. — Идём туда.
Василий и Румянцев тоже поднялись.
В лабораторию Лужина входили, стараясь не шуметь.
— Где Аристарх Платонович? — тихо спросил Иван Макарович у фотографа.
— В проявочной спит. Хорошо, я закончил снимки проявлять, и там уже не воняет химией. А что случилось? — Пётр Степанович обвёл всех взглядом.
— Горюнов Луку взял. Сейчас придёт вместе с городовыми и задержанным, — ответил Воронов.
— Это хорошая новость, господа. Значит, пойду всё подготовлю. Снимем отпечатки и сразу сверим с теми, что в кабинете Конюхова нашли. А потом можно будет и Аристарха Платоновича поднять, — Лужин встал и вышел из своего маленького кабинета, направившись к столу для снятия отпечатков.