— Так, ребятки, помогите мне вынести оборудование и загрузить в пролётку, — Лужин посмотрел на городовых, которые стояли возле Семакина.
— И кто‑нибудь из вас сопроводите Петра Степановича в отделение сыска, — добавил Воронов, увидев, что городовые не спешили выполнять просьбу Лужина.
Городовые взяли оборудование и вместе с Лужиным покинули допросную.
Судебный следователь опустился на стул и посмотрел в глаза управляющему:
— Ну что, господин Семакин, — начал он тихим голосом, — ваше положение из ценного свидетеля плавно перетекло в главного обвиняемого.
Управляющий побледнел, его глаза расширились, а потом закатились. Тело обмякло и стало сползать со стула.
Белозёров кинулся к Семакину. В два шага оказавшись рядом, он опустился на колени и быстро стал расстёгивать пуговицы сюртука и рубахи:
— Срочно нужен врач! Пусть захватит нашатырь! И нужна холодная вода!
Румянцев выскочил в коридор, Воронов метнулся за ним.
Василий взял руку Семакина и прижал пальцы к запястью. «Пульс слабый, но достаточно ровный», — мысли потекли в голове Белозёрова. Он склонился ниже, к самому лицу управляющего: «Дыхание ровное, кожа бледная, губы чуть посинели».
— Как он? — Белозёров услышал голос Рябинина.
— Дышит, пульс ровный, но пока очень слабый. Скорее всего, глубокий обморок, нежели сердечный приступ, — ответил Белозёров.
В комнату вернулся Воронов со стаканом воды и протянул Василию. Белозёров взял воду, чуть плеснул на руку и смочил ею лицо Семакина.
Через несколько минут дверь в допросную распахнулась, и вошёл запыхавшийся судебный врач Семён Лукич Тулин.
— Что с ним, Василий? — спросил он, тоже опускаясь на колени рядом с Белозёровым.
— Обошлось, — Василий расслабился и стал говорить спокойнее. — Думал, сердечный приступ, но он просто упал в глубокий обморок.
Врач взял руку управляющего, проверил пульс. Потом быстро осмотрел и проверил дыхание. Достал из кармашка пузырёк и маленький кусочек ваты. Смочил её едким раствором и поднёс к носу Семакина.
Управляющий дёрнулся, втянул воздух и открыл глаза, тут же попытавшись встать.
— Лежите, — Тулин чуть придавил его рукой. — Надо, чтобы кровь вернулась в голову.
Лицо управляющего стало принимать нормальный цвет. Тулин выждал ещё минуту и сказал:
— Василий, помогите подняться. Мне семьдесят два года, я уже не в том возрасте, чтобы бегать из прозекторской и стоять на коленях.
Белозёров вскочил с колен и помог судебному врачу подняться.
— Я вам оставлю пузырёк и ватку. Вдруг снова понадобится. Потом отдайте городовому — пусть мне назад принесёт, — Семён Лукич поставил пузырёк на стол и положил рядом чистый кусочек ватки. — Я пойду, приду в себя. Всё‑таки возраст сказывается.
— Спасибо, Семён Лукич, — произнёс Рябинин.
— Полноте вам, Аристарх Платонович, — махнул рукой судебный врач и вышел из допросной.
— Воды, — тихо попросил Семакин хриплым голосом.
Василий протянул ему стакан с водой, который продолжал держать в руке.
Управляющий медленно поднялся, сел на стул, взял воду и, осушив стакан одним глотком, вернул его Василию.
Рябинин молча смотрел на Семакина, ожидая, пока тот окончательно придёт в себя.
— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался судебный следователь.
— П‑плохо… — управляющего била мелкая дрожь.
— Ну вот и хорошо, — Аристарх Платонович снова посмотрел Семакину в глаза. — Давайте начнём.
— Я не убивал… — начал было говорить управляющий, но Рябинин его оборвал:
— Тогда кто убил? Вы последний, кто входил в кабинет банкира. У нас есть свидетельские показания, в которых чётко сказано, что вы вошли и вышли из кабинета, но шум поднимать не стали. И городовых позвали только через полчаса. Значит, что?
— Что? — Семакин опустил глаза.
— Вы зашли в кабинет Конюхова, убили его, потом вышли. А чтобы отвести от себя подозрения, вызвали городовых намного позже, — спокойным голосом заговорил Рябинин. — За что вы его убили? Он узнал, что вы украли из банка деньги и подделали отчётность?
Семакин вскочил:
— Всё было не так! Я не убивал его!
— Сядьте на место! — рявкнул Рябинин.
Семакин сразу сник и сел на стул. По щекам управляющего потекли слёзы:
— Я не убивал его, — прошептал он. — И деньги не крал.
— Хорошо, тогда кто это сделал? — спросил судебный следователь.
— Конюхов проиграл много денег в карты, — начал говорить Семакин тихим голосом. — Чтобы рассчитаться, он взял деньги из банка. Потом нанял какого‑то бухгалтера, который выправил отчётность и организовал инсценировку ограбления.
— Какого бухгалтера нанял Конюхов? — уточнил Аристарх Платонович.