Через час конный экипаж с городовыми и пролётка подъехали к усадьбе графа Загорского.
Воронов огляделся:
— Рябинина ещё нет.
— Вон он, — Горюнов показал рукой на пролётку, которая неслась по мостовой.
— Точно, — Воронов посмотрел на Горюнова. — Глазастый вы, Аркадий Ильич. В усадьбу вместе пойдём. Граф, скорее всего, будет возмущаться, так что прикажите городовым прямо сейчас усадьбу в кольцо взять. Чтобы слуга не сбежал.
Горюнов сразу выскочил из пролётки и стал командовать городовыми.
Пролётка с Рябининым ловко подвернула к усадьбе и остановилась. Аристарх Платонович не спеша вышел, посмотрел, что городовые уже окружают усадьбу, и подошёл к остальным.
— Надеюсь, граф дома, — произнёс судебный следователь.
— Дома, Аристарх Платонович. Вон его карета виднеется, — Румянцев показал рукой на дальний край усадьбы, где виднелась задняя часть кареты.
— Ну что, Аристарх Платонович, привезли постановление? — к ним подошёл Горюнов.
— Да, вот, держите, — Рябинин протянул документ. — Давайте начинать.
Аркадий Ильич быстро пробежал глазами постановление, удовлетворённо кивнул и, махнув двум городовым, подошёл к воротам.
Их уже увидели, и к воротам спешил садовник.
— Чего изволите, ваше высокоблагородие? — садовник натянул улыбку.
— У нас постановление на задержание слуги графа, — Горюнов сунул под нос садовнику документ. — Открывайте.
— Прошу простить меня, но без разрешения графа я не могу, — садовник продолжал улыбаться.
— Так беги и сообщи. Через пять минут будем ломать ворота, — прорычал Горюнов.
У садовника сразу пропала улыбка, и он бегом кинулся в дом.
Через две минуты он уже бежал назад. Споткнулся, упал, поднялся и побежал ещё быстрее.
Сразу начав открывать ворота, он затараторил:
— Граф вас ожидает в гостиной.
Горюнов, городовые, а следом и все остальные направились к дому. Садовник бегом обогнал их и открыл перед ними двери, отступая в сторону. В прихожей стоял дворецкий, он слегка поклонился:
— Прошу вас, следуйте за мной, граф в гостиной.
В большой гостиной в кресле сидел граф Александр Михайлович Загорский, рядом с ним стоял высокий, крепкого телосложения слуга.
— Добрый день, граф, — поздоровался Горюнов. — У нас постановление на задержание вашего слуги, — Аркадий Ильич кивнул в сторону стоявшего рядом мужчины.
— Могу я ознакомиться? — Загорский протянул руку, и Горюнов передал ему постановление.
Граф пробежал его глазами и улыбнулся:
— Тут нет имени, только описание. Под это описание подойдут ещё как минимум двое моих слуг. Кто именно вам нужен?
— Александр Михайлович, — вперёд вышел Рябинин. — Нам нужен слуга, который стоит возле вас. Надеюсь, вы не будете препятствовать нам?
— Ну что вы, Аристарх Платонович. Я вас прекрасно знаю. Вы же сейчас сразу начнёте протокол писать, ещё и меня арестуете, — граф продолжал улыбаться. — Значит, вы решили, что мой Данилка убил Конюхова?
— Я много чего решил, граф, — официальным тоном ответил Рябинин.
— Хорошо, Аристарх Платонович, — Загорский перестал улыбаться и посмотрел в глаза Рябинину. — Надеюсь, у вас нет ко мне вопросов?
— Есть. Где был ваш слуга, когда вы вчера вечером были в банке? — спросил Рябинин.
— Господин судебный следователь, вам придётся подождать, пока мой присяжный поверенный прибудет сюда. Я готов отвечать на ваши вопросы только в его присутствии, — ответил граф.
— Имеете полное право. Вызывайте присяжного поверенного, я подожду. А вот ваш слуга отправится под арест, — Рябинин повернулся к Горюнову. — Аркадий Ильич, везите слугу в сыскное отделение к Лужину. Иван Макарович, Фёдор Емельянович, вы знаете, что делать. Василия забирайте с собой. Дальше я сам разберусь.
Горюнов махнул рукой, и городовые быстро приблизились к слуге. Завели ему руки за спину и надели наручники. Через несколько секунд его уже выводили из гостиной.
— Аристарх Платонович, я вам точно тут не нужен? — тихо спросил Василий, приблизившись к Рябинину.
— Нет, Василий. Ты тут ничем не поможешь. Поезжай к Лужину. Пусть всё проверит и сделает заключение. Жди меня там вместе с остальными, — также тихо ответил судебный следователь.
Белозёров поспешил за Румянцевым и Вороновым, которые уже вышли из гостиной следом за Горюновым и городовыми.
В пролётке ехали молча. Белозёров, помня наставление Воронова лишний раз не трепать языком перед Горюновым, тихо смотрел по сторонам. Он прекрасно понимал, что графу предъявить нечего. А слуга вряд ли скажет, что приказ убить Конюхова исходил от Загорского. Скорее всего, он вообще будет молчать и ничего не скажет.