Лесюэр подал знак слуге, а сам направился с кукольником, но не в свои апартаменты, а в какую-то крохотную коморку без окон, где обычно дворники хранят метлы и широкие деревянные лопаты для уборки снега.
- Видите, дорогой друг, - лицемерно пожалобился Лесюэр, - в каких условиях должно творить мастеру в Москве!
Появившийся слуга проворно расставил на отчего-то расположившимся в коморке мраморном столике фарфоровые тарелки, которые стремительно наполнились превосходным сыром и ароматными булочками, а также принесенными с дворцовой кухни в большой серебряной чаше ломтиками мясных, птичьих и рыбных деликатесов.
- Чем обязан столь приятному для меня посещению? - нарочито заинтересованно спросил Лесюэр, несмотря на всю очевидность причины визита. - Впрочем, простите покорнейше, месье Сальватор, вместо того, чтобы накормить голодного, сам пытаюсь насытить свое любопытство!
Не позволяя кукольнику ответить, композитор незамедлительно налил вино и, приподнимая бокал, воскликнул в излюбленной возвышенной манере:
- Выпьем за священных покровительниц художников дочерей Гармонии муз, чья природа, в переводе с эллинского, означает «мыслящие». Как установил вольнодумец Декарт, что и мы существуем, покуда мыслим! Слава музам! «Cogito ergo sum»!
Они выпили вино, и только тогда кукольник ощутил сжигающий изнутри смертельный голод. Он преподнес ломтик сыра к искусанным, опухшим губам, осторожно откусил, почувствовав нестерпимую боль во всем теле, убедился, что он действительно жив. Происходящее, начиная с невероятного посещения Гофманом, дорога в Москву и блуждания в поисках любимой, которые таинственным образом переплетались с разыскиванием кукол, не было посмертным бредом или же вызванной удушьем галлюцинацией. Все происходило на самом деле, являлось не вызывающей малейшего сомнения реальностью.
- Я ищу русскую девушку… Ее зовут Мария… - переведя дух, но все еще с трудом произнося слова, сказал визитер. - Она помогала работать над моими куклами, которые, как я вижу, сегодня оказались нужными вашему императору.
- Девушка… девушка… - нарочито задумался композитор. - Что-то слышал о русской беглянке, подобранной на дороге, но точно сказать ничего не могу… Впрочем, если вы останетесь и поможете мне подготовить ваших кукол для моего представленья, тем самым предоставите мне столь необходимое время для наведения справок и поисков… Тогда буду рад вам услужить всем, на что окажусь только способен!
Лесюэр ответил многословно и велеречиво, но если быть откровенным, то попросту обманул измученного и еле живого визитера.
Обманул, потому что все происходящее видел собственными глазами. Он прекрасно знал, что встреченную на дороге беглянку звали Мария Ивановна Раевская, которая из последних сил пыталась добраться в Вороново, надеясь освободить из заточения своего возлюбленного. Уверениям Мюрата, что они перевернули поместье графа, и в живых там не обнаружили никого, беглянка попросту не поверила.
Упрямая и своенравная, она постоянно пыталась сбежать из резиденции Неаполитанского короля, озадачивая и вызывая уважение у карауливших ее старых вояк.
Восхищенный необыкновенной красотой и статью, Мюрат, видел в ней знак Судьбы, и дар, преподнесенный благодарной Россией за грядущее избавление от кровавого захватчика. В благородных и страстных чертах юной девы Неаполитанский король также находил признаки своей будущей императрицы. Оттого маршал распорядился выделить во дворце лучшие комнаты и охранять «богиню русских лесов» как зеницу ока.
Да, она была уже рядом, здесь, в знаменитой усадьбе графов Разумовских на Гороховом поле, всего лишь нескольких шагах от своего кукольника. Они не знали и даже не могли догадываться об этой странной близости друг к другу, но уже дышали одним и тем же воздухом, ходили по одной и той же земле.
Она всем сердцем не верила в его смерть; он всем разумением верил, во что бы то ни стало, встретит ее снова.
Глава 25. Троянский конь для его величества
- Друг мой, посланный небесами и трижды благословленный девятью священными музами! Сами небожители Олимпа во главе с лучезарным Аполлоном рукоплещут при виде такого шедевра!
Лесюэр восхищенно размахивал руками, осматривая собранного кукольником ангела, который умел не только двигаться, но с помощью мимики даже изображать удивление, радость или гнев.
- Мне оставалось только усовершенствовать придуманные модели, - заметил кукольник, смущаясь от столь невоздержанной похвалы. - Секретные механизмы и вовсе были созданы механиком Францем Леппихом.