И как же я поеду в своё общежитие? Ведь у меня нет советских денег, даже пятачка на метро. И одежда моя… Хотя одет я был очень хорошо и дорого по меркам мира магического Средневековья, откуда я прибыл, просто глаз не отвести — настоящий Первостоятель огромной страны, живущей по законам народоправства: драгоценная ткань длинного одеяния со шлейфом, широкий ремень, золотые пуговицы, золотой позумент, золотая пряжка. Сейчас на мне пара-тройка килограммов золота, точно.
Она попросила и я рассказал зелёной кобре Офиофаг всё-всё, начиная с того момента, когда я — Антон Максимович Архипов, вернее, моё сознание и память шестидесятичетырёхлетнего профессора-химика МГУ, в 2025 году, в результате взрыва вулкана Йеллостоун, покинуло моё тело и слилось в параллельном мире магического Средневековья с сознанием и памятью четырнадцатилетнего Эколы Бести по прозвищу «Кобра» — младшего сына в небогатой княжеской семье «золотых» магов-алхимиков в Красной Окуме — самой дальней провинции страны. И как за пять лет, потеряв семью, я прошёл там путь от оборванного и голодного подростка до Первостоятеля страны и мага «вне категорий», а так же носителя особой змеиной магии и многих сверхспособностей. Без придумок и преувеличений.
Змея слушала меня внимательно, не перебивая, а в некоторых особо чувствительных местах, например, когда я рассказывал ей про свадьбу магини принцессы-кобры Шуи Сисс, глаза её мечтательно туманились.
— Я знала… я чувсствовала, что любовь у змей ессть, но не в этом безумном мире и не в этом времени! — воскликнула змея, когда я закончил свой рассказ. — Ведь, здесь кобры поедают ссебе подобных, хотя могли бы сспокойно обходитьсся мышшами, крыссами и лягушшками. Как я, например.
— Деньги не проблема, — продолжила Офиофаг. — Заходи, вссегда дадим тебе ссколько нужно. Правда, не в банковских пачках, а россыпью, но сам понимаешшь, здессь зоопарк, а не ссберкасссса. Как люди их теряют, так мы их и находим.
— За одежду тоже не волнуйсся, — сказала Офиофаг. — Перед Олимпиадой в Мосскву вссяких ото вссюду понаехало, а выглядишшь ты, проссто, шшикарно! Так, понимаю, учишшься ты здессь? Значит тебе ессть где жить⁉ Мы тебя выведем отссюда, без проблем, но у меня к тебе будет проссьба. Даже две.
— Всё выполню, сестра, вернее, всё, что смогу.
— Зайди к нам в ссерпентарий как-нибудь вечерком, расскажи о ссвоём мире ещщё раз, для нашших, я их позову. Как там у васс змеи живут… Мы очень будем тебя ждать. А нассчёт гонорара… за нами никогда не заржавеет. И вторая проссьба, личная. Забери меня сс ссобою в твой мир магичесского ссредневековья, к магине принцессссе-кобре Шшуи Ссиссс, как назад ссоберёшшься. Хочу, хочу туда, где досстойные женихи для кобр сстадами пассутсся! А ты ссоберёшься, я знаю, рано или поздно.
— А что, маги в Москве есть? — спросил я.
Змея сделала небольшую паузу.
— Вссе змеи маги, как и везде… Нашших в Мосскве много, ссвисти, ессли что, помощщь придёт! И людей-магов хватает, они ссебя называют «иншшими» — иными, по сстаросславянски. Ссбиты в два «догляда» — дозора, ссветлый и тёмный. Только и делают, что носсятсся друг за другом, тьфу, бездельники! Мы сс ними никак, у них ссвоя ссвадьба, у насс ссвоя. Даже магии разные, ну ты знаешшь.
— Спасибо за помощь, дорогая Офиофаг!
А потом откуда-то приполз толстый удав с мешком денег. Мешок этот был, не как из-под картошки, а скорее, как большая наволочка. Кроме купюр Государственного банка СССР 1961 года с номиналом — один, три, пять, десять и двадцать пять рублей (более крупные купюры, видимо, в зоопарке не теряли), в мешке ещё были разнообразные монеты и валюта — доллары, марки, франки и др. А ещё там было золото в виде старинных монет, непарных серёжек со сломанными замками, кольца, перстни, кулоны, цепочки, браслеты и так далее.
Удав легко и ловко отогнул мелкую решётку на вентиляции и я нырнул в узкую трубу. Как кобра? Да, как кобра! Подожду-ка я с продолжением экспериментов в искажённом магическом поле щелей и узких труб, пролезть бы…. А то улечу к динозаврам, а-ха-ха! Да и вообще, подожду.
А потому что, вокруг меня шумела тополями красавица Москва моей юности, лучший город лучшего времени всех моих жизней!
Я перемахнул через забор зоопарка. Вокруг никого, выходной в зоопарке! Ладно, кому куда, а мне в общагу МГУ на Воробьёвых горах. Тьфу ты, они же ещё Ленинские!
От Красной Пресни, где находился зоопарк, на метро я не поехал, там милиция, а демонстрировать свои магические стати и змеиные сверхспособности, если меня попытаются задержать за внешний вид, я не хотел. И с превеликим удовольствием, с наволочкой, набитой советскими деньгами, валютой и золотом за плечами, я быстрым шагом пешком пошёл с Красной Пресни — по Бережковской набережной и, дальше, до Университетского проспекта!