Гуманист и добряк! Он ведь не расстрелял академиков Абела Аганбегяна и Никиту Моисеева за их шашни с «Римским клубом», даже не посадил, просто проигнорировал. А Александра Солженицына за его «милые» произведения всего лишь выслал из страны. Да, добрый был человек, многие отмечали.
Но я простой маг, а не бесплатный спасатель, и в 1980-м я спасу только Брежнева, да и то в своекорыстных целях — в желании долгой и спокойной жизни в СССР себя и своей семьи. А он, Брежнев, уже пусть сам СССР спасёт. Это его вахта!
Да, такой вот я беспартийный советский маг-эгоист! Но если такими эгоистами вдруг станут и все остальные главы семейств в СССР, то будет нам счастье, подобное сегодняшнему.
«Под сенью Великой Красной Империи „от моря и до моря“ негасимый свет кремлёвских звёзд». Или «Негасимый свет… под сенью…», неважно. Хорошо сказал⁈
А что «портреты», соратники Брежнева? Да пусть себе едут к своему времени на своих лафетах в спецблок «Тонкого мира» под руку великого демона Систеля. Вот выберут его Королём Преисподней, как мы с ним задумали и работали над этим вопросом, не поленюсь, походатайствую перед ним о сухих дровах и трезвых… ну этих, кто из-под хвостов выкусывает, для спецкотлов и спецсковородок в спецзоне Преиспродней для сегодняшних небожителей — гостей VIP-трибуны стадиона в Лужниках.
И опять я ощутил эти острые внимательные взгляды на меня с VIP-трибуны…
— О, привет, Го-Баян Донгсарович! Да, завтра обязательно проставлюсь, подтверждаю, всё там и обсудим. Антона Городецкого берите, ему точно будет не вредно.
— О, Артюр, привет, давно не виделись, как ты, лучше? А-ха-ха! Ты тоже завтра приходи. Ну а что, посидишь, хотя бы послушаешь. Пивка попьём, попаримся!
В бане…
4 августа 1980 года, понедельник. Москва, ул. Неглинная, 14, бани «Сандуны».
Да, я пригласил руководителей Доглядов в баню. Ну а где ещё в СССР дела вселенского масштаба обсуждать? Мне уже пора было начинать действовать по своему Плану и я хотел нейтрализовать и нормализовать отношения с Доглядами. После гекатомбы Тёмных Инших в их офисе на улице Горького и моего формального, но взятия в свои рабы их главаря — великого демона Артюра Дьяболоса, это было более чем актуально. Тёмные Иншие такие мститетельные и ждать умеют. Короче, рабы из них так себе, того и гляди зарежут.
Был ли смысл рассказывать об атмосфере настоящих русских высоких бань? Все итак знали, что это — чистота, деревянные купели с ледяной водой, правильные парилки, лепнина, атмосфера релакса. Всё здесь дышало ещё российской императорской традицией парения! Бань в столице было много, а Сандуны, они одни. Здесь обязательно стоило побывать. Вот сюда я и пригласил руководителей Доглядов на мирные переговоры.
На нас пятерых — я, Светлые — Цотон с Антоном и Тёмные — Артюр со своим уже восстановившимся вервольфом Задирой, он у него был за водителя-охранника на скромной, но функциональной ВАЗ-2121 «Нива» (Мерседес-то ку-ку!), я заранее заказал номер на десять человек.
Места в таком номере много. Бассейн. Заспорили за парилку, Светлым она показалась маловатой, всего-то, на двоих. Но я пояснил, что такая и должна быть, плеснул на камни — сразу пар, а в большой — плещешь, плещешь, долго ждать.
Пиво было свежее, раки огромные по пять рублей, к ним рыбная и мясная нарезка, простыни, тапки, шапки, полотенца. Шампунь и мыло в душевых кабинках. Красота!
Парение
Светлые оказались отчаянными парильщиками. Берёзовые веники над ними только мелькали. И на вид без трусов мужики как мужики, всё у них было как надо.
А вот Темные… У Артюра на груди, на месте сердца — небольшой живой чёрный октопус, бр-р-р, мерзость. При биении сердца видно как этот октопус шевелился в такт. Но октопусы у всех демонов были, я видел у Адольфа. Такое строение тела в человеческом обличие, кстати, основном у демонов. Говорили, что этот октопус очень сильно жалил демона, если тот лгал. Вот поэтому демоны никогда не лгали, а только недоговаривали.
Лгать, это была прерогатива низших — чертей и иже с ними. А у высших демонов это было искусством, которому их учили ещё в школе — лгать так, что бы внешне это было похоже на правду. Например демон говорил земной женщине:
— Я тебя люблю!
И это была чистейшая правда. Но при этом он же не рассказывал ей, что таких у него в каждой деревне.
В парилку Артюр не заходил, берегся. Трусы не снимал. И это было понятно, все демоны гермафродиты и имели первичные половые признаки обоих полов, что сильно разнообразило их интимную жизнь. А от Задиры отчётливо несло псиной и мускусом, поэтому в парилку он тоже не шёл. Да и правильно, не фиг своей вонью банный дух портить.