Правда бандюган попытался сразу подняться, пришлось ещё раз поддать ему ногой в печень.
— Лежать, падла!
Рядом ожидали своей очереди заехать на заправку сотни людей, но большинство равнодушно наблюдали за происходящим. Лишь одна молодая пара на отечественной машине, в которой ещё сидели на детских креслах двое дошкольников, попыталась заступиться за поверженного на землю парня:
— Зачем вы его так жестоко избиваете! Если он на вас напал, вызовите полицию. Нельзя же устраивать суд Линча!
— Не встревайте! — гаркнул на заступников Легат. — Иначе вами тоже займусь.
У качка растянувшегося на асфальте вся морда была в крови, но он всё равно сверлил Стаса налитыми злобой глазами и силился встать.
— Ещё одна попытка и я тебе нос в череп вобью! Ты меня понял? Доработаю так, что в морге не опознают, — не повышая голоса и не расплёскивая эмоций, предупредил Легат. Налётчик покорно кивнул и уткнулся лбом в асфальт.
— И запомни, падла, — процедил Стас, — и передай своим дружкам, что люди, которых вы решили нагреть, не какие-нибудь фраера. Мы на скачке из Бутырок — взяли машину и ушли в побег. Мои подельники под охранников косят, чтобы нас не замели. Если не веришь, можете пробить наши номера. А попытаетесь отжать у нас наш крейсер, вернусь и всем головы поотрываю — тебе в первую очередь. Или мне век свободы не видать. Ты меня понял?
Налётчик снова кивнул, до него, наконец, дошло, во что он вляпался:
— Не сердись, братан.
— Мой погонялово Харлей, — сурово пояснил Легат. — Я из тамбовских, слыхал обо мне?
— Приходилось, — сплёвывая кровь, уважительно просипел боевик.
— А у вас что за бригада? — спросил его Стас.
— Да какая бригада! — презрительно поморщился громила. — Так, трое мелких аферистов-любителей при одной берданке. Один по кличка «Директор», второй просто Костян, а третий бывший актёр, кажется Юргеном кличут, он мента-регулировщика изображает. Я у них — главная ударная сила. Ещё у них с рук кормятся с десяток пацанов-малолеток, они их натравливают на несговорчивых клиентов, а клопы малолетние делают всё, чтобы намеченные к потрошению тачки не смогли уехать, для этого много способов существует.
— А склады с продуктами и лекарствами? — удивился Стас.
— Да бают они всё, лишь бы клиента развести и кинуть. А так ни шиша за ними нет, одни понты дешёвые в расчёте на лохов. Вместо реальных товаров и денег всучают клиентам липовые ордера на получения товара, квитанции и прочие «фантики». И не парятся, пойди потом потребуй с них. В крайнем случае отбрешутся мол «обращайтесь в суд!».
«А я ведь чуть не купился на их посылы! — горько усмехнулся про себя Стас. — Болезненная любовь к самым близким размягчает мозг и делает человека доверчивым».
— Значит, вы меня с дружками развести хотели? — протянул Легат.
— Косяк вышел, мастер, — оправдывался боевик. — Только это не моя вина: подельники, твари, меня подставили. Я этих деляг помойных сам замочу!
— Резать их не обязательно, а расписать в назидание надо — наставлял Стас. — Пометь у каждого на лбу, что он крыса, чтобы за версту всем было видно.
— Сделаю, мастер, — пообещал бугай, окончательно признав в нём более авторитетного коллегу.
— А ты кто будешь? — делаясь задушевным, поинтересовался Стас. Он даже присел на корточки рядом с только что битым противником:
— Колян-десантура.
— Зря, Колян, ты с барыгами якшаешься — уже по-дружески пожурил недавнего врага Легат. — Не чета они тебе! Ты ведь серьёзный пацан, сразу видать.
— Я к этим гаврикам не от хорошей жизни прибился, — пожаловался бандит. — Бригада наша распалась, кореша мои или свалили из города, а кого-то чума в синих перекрасила.
— Всё равно под барыгами ходить — западло!
— Это они подо мной! — заверил Колян, от боли кривя губы, на которых пузырилась кровь из выбитых зубов.
Стас похлопал его по крутому плечу и протянул сигарный окурок:
— На, корешок, поправься, едрёный табачок! Затянись пару разков и погоняй дым по рту — полегчает.
— Можно мне с вами? — не кстати попросился в команду Легата бандит.
— Извини, но для тебя этот плохой вариант, — стал придумывать на ходу отговорку Стас. — Из нас кто-то походу заразу подхватил. Но мы всё равно решили артелью двигать на прорыв через кордон. Всё равно мы смертники — на нас два убитых вохровца висят, это вышка, брат. А ты ещё в цвете, братэлло, тебе лучше одному уходить. — Стас снова похлопал бандита по плечу, поднялся и быстро зашагал в сторону станции метро «Новослободская» — приближалось самое опасное время суток, поэтому приходилось спешить.