Закончив мыться-бриться, капитан оглядел своё отражение в зеркале. Хорошо хоть уже не выглядит таким помятым и опухшим. И не важно, что скоро стемнеет, командир в любом случае должен выглядеть идеально. А иначе как он может требовать порядка от подчинённых, если сам будет показывать им пример расхлябанности.
Незадолго до нынешних событий капитан был призван из запаса на военные сборы. И отправлен со своею ротой таких же, как и он «пенсионеров», сюда, на стену…
Это был сорокалетний мужчина сугубо мирной наружности, в очках; музыкальный педагог по профессии, — выпускник консерватории. У себя в Лоховицах Василий Васильевич Сенин работал директором музыкальной школы. Хотя в молодости мечтал стать большим скрипачом и даже с отличием закончил консерваторию, но не сложилось… Одним словом, вроде как сугубо мирный человек. Но раз в несколько лет обнаруживая в своём почтовом ящике военкоматовскую повестку, «Вас Вас» (как его звали близкие друзья) преображался. К месту сборов он всегда отправлялся с удовольствием, в офицерской форме чувствовал себя удивительно естественно. Вероятно, ему на роду было написано стать профессиональным военным, но тоже не случилось…И всё же, числясь по документам командиром роты, фактически в этот раз он командовал сводным батальном резервистов. Такое доверие не каждому окажут, наверняка перед принятием решения где-то наверху изучали его личное дело и пришли к выводу, что у этого штатского музыканта есть командирская косточка.
…— Сколько вы говорите их теперь?… — неприятно поразился Сенин, выслушав доклад своего заместителя. — Вы ничего не путаете, Кирилл Петрович?
— Я сам был на НП пятнадцать минут назад, — заверил его лейтенант.
За то время что командир роты спал, количество скопившихся возле его КПП гражданских увеличилось ещё на пару тысяч человек. Было от чего прийти в растерянность. Такими темпами скоро здесь соберётся толпа, численность которой превысит население его родного городка. А ведь всех этих людей надо накормить, обеспечить водой; а ещё необходимо установить кабинки биотуалетов, развернуть полевой госпиталь… Кто этим должен заниматься, разве не МЧС?! Во всяком случае перед ним командование поставило совсем другую задачу…
После того как вокруг Москвы спешно было начато возведение защитной стены, армейские части выдвинулись к ней для обеспечения охраны периметра.
— Сорок минут назад снова была попытка прорыва, — мрачно сообщил Ляпин. Почему-то самую неприятную новость он приберег «на сладкое».
Ляпин рассказал, что пятеро крепких мужчин, приблизившись к караулу, нёсшему дежурство возле ворот, завели разговор с запасниками через пуленепробиваемое стекло. Старший караула даже приоткрыл дверь, чтобы угостить «землячков» сигаретой. А ведь им категорически запрещено выходить за ворота и напрямую общаться с людьми за стеной. Что тут скажешь, конечно часовые не проявили положенной бдительности. Да и откуда ей взяться, если бойцы в его роте только неделю как снова надели военную форму, а в мирной жизни они такие же водители, рабочие, частные предприниматели… Гражданские просили у них воды якобы для беременной женщины, которой стало плохо. Внезапно старший караула получил выстрел в лицо из травматического пистолета и был отброшен на несколько метров. Ворвавшись на закрытую территорию КПП, налётчики с наколками на руках вступили в схватку с двумя солдатами, пытаясь завладеть их автоматами. Но были расстреляны в упор подоспевшим подкреплением.
«На что они надеялись? — недоумевал Вас Вас. — Ведь должны были понимать, что попытка заранее обречена на провал».
Ляпин доложил, что трупы налётчиков стерилизованы выстрелами в голову и, согласно инструкции, облиты бензином и сожжены. При них обнаружены кастеты и ножи.
За последние двое суток это была уже трётья попытка. Правда, в двух случаях удалось избежать кровопролития, где уговорами, а где и прибегая для этого к предупредительным выстрелам поверх голов и оттесняя гражданских, у которых сдали нервы, за ограничительную линию. Но, к сожалению, не всегда это срабатывает, что и показали последние события.