Ну и пусть сосед не разговорчив, зато в одной «берлоге» с таким медведем можно было спокойно осмотреться и решить, как действовать дальше. Вот только обосновавшиеся по соседству в кабине твари действовали Ксении на нервы. Они уже покончили с оператором. Одна из них куда-то исчезла. Зато вторая — рыжая молодая девка с мертвенно-бледным синюшным лицом — не спускала с блондинки жадных глаз, её зрачки светились голубоватым светом. Прильнув окровавленным ртом к решётке, рыжая бестия пыталась её перегрызть, но зубы её со скрежетом соскальзывали. Но вечно голодная тварь, нетерпеливо рыча, тянула к желанной плоти скрюченные пальцы. С её просунутого сквозь прутья языка капала липкая слюна. Ужас и отвращение исказили лицо журналистки. Гадина почувствовала её страх и яростно заколотилась о преграду.
— Лучше отстань от меня, сука рыжая! — предупредила Ксения. Под рукой у неё оказался пристёгнутый к стенке салона автомат, она сняла его с крепления и направила на окровавленную уродину. — Если не заткнёшься, угощу свинцом…
Внезапно угроза подействовала. Рыжая перестала рычать и замерла. Изуродованное болезненным безумием лицо её вдруг расплылось в жалобной улыбке. Взгляд безумицы стал кротким, она что-то вкрадчиво зашептала, только смысл её слов разобрать было сложно.
Ксения осторожно приблизилась на несколько шагов, с удивлением и любопытством рассматривая лицо людоедки. На ней был перепачканный в земле и крови медицинский халат, с вышитой над правым кармашком эмблемой службы «Скорой помощи» города Москвы в виде красного креста с крылышками. Она то стонала, то тихо, по-детски плачуще шмыгала носом.
— Ты же человек… Женщина! Медик! Ты хоть сама понимаешь, что с тобой происходит?
— Понимаешь, — вдруг ясно повторила за ней рыжая.
— Так ты меня слышишь! — заволновалась Ксения. Она отложила оружие и стала развивать внезапный контакт. — Как тебя зовут?
Рыжая слушала, не спуская с неё завороженных глаз. И вдруг внезапным молниеносным движением вцепилась неосторожно приблизившейся блондинке в волосы и с силой подтянула к себе, торопясь впиться ей в лицо клыками. Ксения попыталась вырваться и закричать, но крепкие пальцы тут же впились ей в горло и, сдавив, лишили ее дыхания. Нападение оказалось столь молниеносным, неожиданным и жестоким, что испуг почти парализовал Звонарёву. Горячее зловонное дыхание обдало её…
Сергей подоспел в самый последний момент. Он без колебаний загнал прямо в глаз бывшего медработника тонкое металлическое лезвие, похожее на очень длинный хирургический скальпель. Тварь мгновенно разжала схватку, с омерзительным визгом отпрянула от решётки и выскочила из кабины. Её истошные вопли затихали где-то в глубине парка.
Ксения с трудом могла говорить, горло ей сковывало спазмом, и всё же она прохрипела через боль:
— Спасибо вам, Сергей. Если бы не вы, эта рыжая сука откусила бы мне нос.
— Для женщины это важно, — невозмутимо согласился мужчина, вроде как сделав попытку улыбнуться. Сергей снова вернулся в своё кресло, при этом каждый шаг давался ему с трудом, он держался за сердце. В салоне было холодновато. Однако по широкому лицу здоровяка катились крупные капли пота. Было слышно, как он тяжело, одышливо дышит.
— Вам плохо?
— Немного знобит, — нехотя признался мужчина. — Наверное, небольшая простуда.
— Здесь где-то наверняка должна быть аптечка.
— Это необязательно. Организм сам справится через несколько часов, надо только позволить ему бороться, — заверил Сергей. Он разжёг прямо на полу небольшой костерок, используя вместо дров…бумажные деньги — извлекал из объёмной инкассаторской сумки толстые пачки из пятитысячных банкнот и не распечатывая банковской упаковки, прямо так, как они есть, с поразительным безразличием бросал в пламя. Ксению на некоторое время зрелище горящих новеньких купюр заворожило. Вскоре Сергей стал похрапывать, а она всё не могла оторвать глаз от поедаемых огнём символов утраченной, возможно навсегда реальности. Опомнилась лишь когда мужчина стал тяжело, шумно дышать и стонать во сне.
Как и следовало ожидать, аптечка на борту имелась, даже две. А ещё журналистку заинтересовала небольшая рация. Поддавшись любопытству, она попробовала поэкспериментировать с ней. Из динамика послышалось негромкое шипение, потрескивание помех. Звонарёва принялась крутить ручку настройки, надеясь поймать волну спасательных служб. И вдруг услышала в эфире женский голос: