Я молча киваю. В этой гостинице я никогда не был.
Проституток, стоящих на небольшой площади возле здания гостиницы, вы не найдете. Здесь работают только сутенеры. Ребята невзрачные, но очень зоркие. Они знают в лицо не только всех сотрудников полиции нравов — от руководителя до последнего шофера, но и ребят из Управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Ведь для большинства из сутенеров и проституток торговля наркотиками — дополнительный заработок. Правда, практически никто из них эту гадость не употребляет.
…Вместе с оперуполномоченным, курирующим эту гостиницу лейтенантом милиции, идем по этажам. На лифте спускаемся в холл. Уют и товары в киоске как в западном фильме. Наш служитель закона вполне вписывается в этот интерьер — элегантный, но не броский костюм, сорочка, галстук, модная стрижка. Трудно даже предположить, что он из милиции. В холле кивком показывает на одну из девочек с сигаретой в тонких пальцах. Я и так уже на нее обратил внимание — ни дать ни взять фотомодель. Длинные ноги в обтягивающих кожаных брюках, черная кофточка с золотым изображением Нефертити на груди, темно-рыжие волосы, аккуратно зачесанные назад в косу. При виде нашего «гида» она растягивает губы в улыбке и посылает ему шутливый воздушный поцелуй.
— Наша давняя знакомая — Наташка. Из подмосковного Видного, — объясняет лейтенант. — У нее среди клиентов даже есть своя кличка — Космонавтка. Ее привела в этот бизнес старшая сестра. Та уже уехала за рубеж. А эта еще ищет своего зарубежного принца. А пока — наш постоянный контингент.
Хорошо то, что спокойная, — продолжает офицер, — знает, так сказать, правила игры. А вот от случайных путан или гастролирующих можно чего угодно ожидать. То напьется до поросячьего визга и давай всех посылать на х…, то конкурентку свою по ремеслу в туалете изобьет. Была тут и такая путана из Тюмени, которая на нескольких жильцов навела гастролеров из Азербайджана. А одна договорилась с местными хануриками, так те за две бутылки водки с ее конкурентки сняли все золото и другие драгоценности. Естественно, в обоих этих случаях все были арестованы и ныне под следствием.
Как мне уже объяснили, встретить здесь проститутку можно не часто. В своем большинстве все они сидят где-то неподалеку в кафе и барах. У каждой мобильный телефон или, на худой конец, пейджер. Диспетчером выступает сутенер, уютно расположившийся здесь в баре или ресторане гостиницы или же в машине на стоянке возле здания. С ним обговариваются все условия. Он же и получает деньги.
Многих сутенеров полиция нравов знает в лицо. Так что мне не надо сейчас бродить по ресторанам в его поисках. Мне уже показали одного из хозяев путанок — сорокалетнего Вахтанга. Он, уютно расположившись на водительском кресле белого «мерседеса», делает вид, что слушает музыку. Из чуть приоткрытого окна доносится песня «Битлз». Проходя мимо, и не подумаешь, что здесь мозговой центр, да и расчетно-кассовый аппарат торговли «живым товаром».
Уроженец Грузии, он впервые появился в столице России в 1990 году. Открыл здесь свое небольшое дело — торговал турецким ширпотребом. Естественно, что сам не стоял у прилавка. Для этого дела набрал лимитчиц из Липецкой и Воронежской области. Снял для них квартиру, платил зарплату. Себя тоже не обижал. На заработанные деньги в кооперативе купил трехкомнатную квартиру в одном из новых спальных районов столицы, первый «мерседес».
Великую революцию 1991 года он уже встретил «коренным москвичом» и полноправным россиянином, хотя до сих пор не может четко выговаривать некоторые русские слова. Через три года его бизнес тихо умер. Но продавщицы остались. Вот тут-то и пришла идея заняться их продажей. Немало пришлось потрудиться Вахтангу для того, чтобы стать в гостинице своим человеком.
— Знаешь, дорогой, нам реклама пока не нужна, — улыбается мне сутенер, разглядывая редакционное удостоверение, — у меня и так товар такой ходовой, что никогда долго не засиживается в ближайшем отсюда кафе. Да и залеживаться в номерах больше оплаченного времени я девочкам тоже не даю.
Для более плодотворной работы сутенер сделал немало. Им сняты четыре квартиры в двух ближайших к гостинице домах — две для жилья проституткам, а две — для работы. В дополнение ко всему забронированы за Вахтангом, правда через подставных лиц, и два гостиничных номера, чтобы богатому покупателю не пришлось далеко идти. Но эта услуга намного дороже.
Одной из его девочек — Наташе — всего девятнадцать, но работает она здесь уже почти два года. Срок по нынешним меркам немалый. В своем большинстве подобные ей жрицы работают не более шести-семи месяцев. За это время, хорошо заработав, либо выходят замуж за иностранцев и уезжают, либо подаются в другой город, беря на содержание мужа-соотечественника.