Закончив чтение приказа, объявил:
— По боевому порядку и в особых случаях в полете, — он сделал шаг вперед, — даст указания командир полка.
— Результат первого вылета по оценкам командования дивизий и корпуса, — с явным удовлетворением начал свои указания Дорохов, — удачен, оценен на отлично. Во втором вылете девятки поведут командиры эскадрилий Бабуров, экипаж которого возглавит боевой порядок полка, и Половченко. Посмотрите на изменения боевого порядка. — Он взял поданную одним из офицеров штаба длинную указку и по исправленной схеме боевого порядка первого вылета — новую такую схему Калиниченко не успел подготовить — продолжал:
— В первой девятке, слева от самолета Бабурова, его заместителем пойдет Первушин, оба на новых безномерных самолетах. Справа от него, на «одиннадцатой» — экипаж Игонина. Левое звено поведет Жуков на самолете номер двадцать один; справа у него, на «пятерке» — экипаж Луценко… — Острие указки останавливалось последовательно на каждом изображении силуэта самолета боевого порядка группы. Следя за ее движением и разъяснениями Дорохова, мы, как бы про себя, мысленно прослеживали, проигрывали предстоящий полет.
…Ага, значит, экипаж Игонина, неизвестно почему — по- видимому, так Бабурову захотелось — пойдет на нашем «штатном» месте, а Первушин — слева. Когда Бабуров ведет эскадрилью, а Первушин запланирован на полет, он всегда слева ходит. А мы — в какое звено ни назначат, но обязательно справа. Так. Круг сбора, очевидно, как всегда будет левым. Значит, в первую очередь будут выруливать правые звенья и правые ведомые самолеты. Выходит, мы будем взлетать после валета звеньев Бабурова и Зинакова. Вслед за Жуковым. А у Зинакова слева идет Коля Семенов. Значит, мы будем выруливать за семеновской «девяткой» и держать при рулении дистанцию чуть больше положенной — чтобы по пути пропустить вперед жуковский самолет. Взлет, как уж повелось, — по отрыву от полосы впереди взлетающего самолета. Истребителей сопровождения по маршруту не будет. Так, так… А с кем из штурманов придется вести огневое взаимодействие в случае атак «фоккеров»? Ага: слева по полету у Жукова — Паша Дябин, справа — Миша Кузнецов у Первушина, Иван Дубских у Игонина и Жарков Володя у Семенова. Ну тут — порядок, все ребята надежные. Так, Кенигсберг будем обходить с юга. Вот там осмотрительность надо будет усилить: наверняка над городом-крепостью воздушные бои будут идти, «фоккеры» и на нас могут обратить внимание, хотя в последнее время они большой активности не проявляют: и маловато их стадо, и, очевидно, топливо у гитлеровцев на исходе. Подвоза-то у них нет, все пути-дороги заблокированы. С моря — нашими подводными лодками и самолетами-торпедоносцами. По воздуху — нашими истребителями и зенитками. А наземные пути сообщения давно перекрыты нашими войсками, да и штурмовики — «горбатые» — по наземным целям неплохо действуют.
Так, так… Бабуров, он, как правило, еще до НБП скорость максимальную держит, стало быть, к этому следует подготовиться. А бомбы как сбрасывать? По приказу — по отрыву бомб у самолета ведущего девятки, то есть по отрыву бомб у самолета Бабурова. А он может быть закрыт самолетом Первушина, его левого ведомого. Значит, надо так: я слежу за самолетом Бабурова, а Иван — за сбросом бомб с самолета Жукова, там Дябин всегда прицеливание ведет самостоятельно и бомб мимо цели не кладет. Ну и свой прицел будет в готовности. Так сказать, тройное дублирование. Вовремя надо будет люки открыть: откроешь раньше — отстанешь от ведущего, позже — вперед выскочишь. Ведь на больших скоростях лобовое сопротивление самолета встречному воздушному потоку от открытых створок бомболюков резко возрастает, отсюда — и скорость резко изменится. Так, так… После сброса бомб люки не закрывать — надо разрывы бомб сфотографировать. Не забыть бы прицел на 180° развернуть, чтобы лучше разрывы бомб просмотреть и убедиться, что в бомболюках какая-нибудь из них не зависла. Редко, но и это бывает. А в случае вынужденной посадки, где садиться? Ближе всего от линии фронта в районе Розенберга — Кенигсберга запасной аэродром Лабиау. Это и по схеме видно, — восточнее Кенигсберга, там еще река Дейме и железная дорога пересекаются…
А Дорохов уже заканчивал давать пояснения и указания.
— Все остальное, — заключил он, — как и в первом вылете. Готовность к запуску двигателей — он посмотрел на часы, — через пять минут. Запуск, — привычно скосил глаза на Калиниченко, в руках которого красовалась ракетница, — по зеленой ракете. Выруливание и взлет в установленном порядке по моей команде с КП. Круг сбора группы — левый. Набор высоты — при сборе и полете по маршруту.