В том же году в Москве произошло еще одно знаменательное событие: в Сухаревой башне открылась школа математических и навигационных наук, положившая начало светскому образованию в России. А за год до этого в городе появилась первая булыжная мостовая (впрочем, по некоторым сведениям, это произошло еще в 1692 году).
Вслед за навигационной открылась артиллерийская школа, затем (уже в 1707 году) — медицинское училище, а в 1712 году — инженерная школа. Петр I делал все, чтобы поскорее превратить тихую садовую страну — Москву-город — в современный столичный бург.
В 1701 году Петр I учредил около шестидесяти богаделен при московских церквях, куда поступали больные и увечные, а также малолетние до десятилетнего возраста.
В 1702 году царь приказал открыть в Москве два публичных театра. Для этого на Красной площади возвели, как уже упоминалось, большое здание на пятьсот человек для «Комедийной храмины». А второй театр открылся в Немецкой слободе в роскошном доме любимца царя — генерала Франца Яковлевича Лефорта.
Входные билеты печатались на толстой бумаге и назывались ярлыками. В 1703 году сбор с комедий составил четыреста шесть рублей, в следующем году сбор был еще больше.
На новый, 1703 год в Москве стали справлять роскошные триумфальные торжества по случаю побед над шведами. Эти празднества продолжались вплоть до 1710 года.
В 1703 году была напечатана «Арифметика» Ивана Магницкого.
Дела Российской империи отвлекали Петра Великого от первопрестольной. Император вспомнил о Москве в 1722 году, когда решил короновать свою супругу Екатерину I. Конечно же, это нужно было сделать только в Успенском соборе Московского Кремля. Петр для приема гостей повелел строителю Арсенала Христофору Конраду описать Кремлевский дворец, заброшенный после пожара 1701 года. Архитектор исполнил повеление, составил смету ремонтных работ на сумму 53 000 рублей. Таких денег Петр выделить не мог, поэтому строители восстановили лишь Грановитую и Столовую палаты, а также жилой корпус Теремного дворца.
7 мая 1724 года церемония коронования состоялась, ее пышно отпраздновали, и Кремлевский дворец был вновь надолго покинут людьми.
Москва относилась к реформам Петра, к его чудачествам спокойно, без лишней экспрессии.
Впрочем, оказавшись официально на долгое время в роли вице-столицы Российской империи, Москва не потеряла своего значения города-солнца для жителей Московского пространства, то есть Московской губернии с 1710 года, и для жителей, по-современному говоря, Золотого кольца, а также сопредельных с этим кольцом областей и более отдаленных территорий Российской державы.
Мы уже упоминали во вступлении, что ни один правитель Москвы даже не пытался опередить время, обогнать его, как будто знали они, что подобные попытки обычно оканчиваются печально для слишком быстрых бегунов.
…Софья Алексеевна тоже не стала спорить со временем. Но она совершила другую грубую ошибку: предложила жителям столицы новый, неизведанный доселе и очень опасный для любой страны способ избрания монархов с помощью воинов. Подобные методы широко практиковались, например, в Римской империи во II–III веках, когда власть в государстве менялась очень часто, а победители в борьбе за трон великой державы обычно опирались на преторианские когорты. В III веке легионерам понравилась игра в политику. «Солдатские императоры» с 235-го по 284 год менялись очень часто. Это приводило к гражданским войнам, что, в свою очередь, явилось одной из причин, ускоривших гибель Римской империи.
Софья Алексеевна, женщина образованная, о чем пишут практически все специалисты той эпохи, может быть, и знала этот показательный эпизод из мировой истории, но не обратила на него внимания. Она стала стрелецкой царицей, но ненадолго.
У Петра Алексеевича были иные политические ориентиры и цели. Он желал культурного, промышленного взлета России и опирался на тех, кто мог этому способствовать. За Петром было будущее, и поэтому победила его политическая концепция.
Петр Великий одержал в своей жизни много побед. Ему удалось сделать почти невозможное — обогнать время! Он задал развитию России такое ускорение, что вплоть до Крымской кампании великая держава не знала поражений в войнах, быстро развивалась экономически и политически.
Петр не справился лишь с одним наследием ненавистной ему старины — с самой Москвой! Она не могла и не хотела превращаться в Москвабург. Она чисто по-московски уступила политическое первенство Санкт-Петербургу и не конфликтовала по мелочам с юным, сильным, напористым детищем Петровым.