Лев подходит и садится на свободное место.
МАША. Нет, я все-таки хотела бы в Африку: в Конго или в Уганду.
МАЙК. Зачем тебе в Конго? Там одна саванна и холера. Ты что, будешь охотиться на сафари?
МАРК. Нет, Конго это не то. Мне говорили, что Бали, остров Бали, - вот это место. Во-первых, дешево. Можно снять бунгало на берегу моря в сутки долларов за сорок.
ИРИНА. А мне говорили, что в Суэце бунгало можно снять за четыре доллара, а питаться за один.
МАЙК. Мы тут в конце концов не деньги считаем.
Лев неторопливо ест и смотрит на Машу.
МАЙК (смотрит на свой нож). Ржавый! Он же не должен ржаветь. (Крупным планом показан нож с маркой "swiss steel".)
МАРК. Все швейцарское теперь делают в Польше. Великая страна.
ИРИНА (пьет вино и вздыхает с облегчением). Ой, хорошо! Не помню, когда последний раз в саду завтракали.
МАЙК. Что тебе мешает каждый день здесь завтракать?
ИРИНА. Да что мешает! Все мешает. Крутишься, как белка в колесе.
МАРК. Как дядя Ваня!
МАЙК (смотрит по сторонам). Такой отличный сад, а вы его не используете.
ИРИНА. А ты что, предлагаешь бистро здесь открыть?
МАЙК. Зачем бистро. Я бы на твоем месте давно бы здесь беседку построил. В русском стиле. Чтоб вся плющом была увита. В ней бы завтракал и обедал.
ЛЕВ (ест, не глядя на Майка). На свежем воздухе, правильно. И чтоб ребята в косоворотках блины подавали.
МАЙК (не обращая на него внимания). Да и вообще, я все бы здесь засадил деревьями, кустами. Чтоб сад был совсем дикий.
ЛЕВ. Да, да. Вышел из офиса - и грибы собирай. Очень успокаивает.
МАША (Майку). Значит, ты любишь дикую природу?
МАЙК. Я люблю, чтобы все соответствовало. А то к кому на дачу ни приедешь - все на газонах помешались. Газоны и японский сад. Митька, Оксана, Сережа Волков. Как сговорились. Стригут эти газоны, вырубают деревья. Будто они не в России.
МАРК. Американцы в свое время приехали к англичанам. И были поражены английскими газонами. Ну и чисто по-американски: скажите, господа англичане, как бы и нам устроить такие газоны? Англичане говорят: очень просто. Выберите место, снимите дерн, выровняйте площадку, посадите траву. А когда вырастет, два раза в неделю поливайте и раз в неделю подстригайте. И через какие-нибудь сто лет у вас будет отличный английский газон.
ИРИНА (смеется). Да. Тут хоть бы раз в месяц кто скосил. Не допросишься
МАША. Майк, ну серьезно, ты куда хочешь поехать?
МАЙК. Я еще в Италии не был.
МАША. Как не был? Не был в Италии?
МАЙК. Не был.
МАША. Ты что, с ума сошел?
МАРК. Машенька, поверь мне: вовсе не обязательно презирать человека за то, что он не был в Италии.
Майк и Маша смеются. Лев с неприязнью смотрит на Машу. Маша не замечает его.
МАША (обнимает Майка). Надо обязательно поехать.
ЛЕВ (жуя креветку). Да, да. И по музеям, по музеям, по музеям...
МАЙК. Я смотрю, ты быстро выздоровел. (Лев поднимает голову.) Пища для тебя не очень грубая? Кишечник справится?
Лев с полным ртом прекращает жевать, смотрит Майку в глаза, потом громко выплевывает пищу изо рта на тарелку, встает и идет к клубу.
ИРИНА (провожая взглядом уходящего Льва). Майк, где ты его нашел?
МАЙК. Нормальный парень. Мы с ним вместе в музыкальной школе учились. Здорово играл, кстати. Окончил два курса консерватории.
МАША. На чем же он играл?
МАЙК. На виолончели. (Закуривает.) Потом на еврейке женился. Они в Германию уехали. Он там в оркестре играл. Даже на конкурсе каком-то второе место занял. А потом развелся, уехал в Израиль. Там на саксе по кабакам лабал. И массажем подрабатывал. Вообще, он классный массажист. Но нагловат.
Показываются две машины.
МАЙК. Это Слива. (Встает, идет навстречу машинам, за ним идут трое охранников.)
Машины останавливаются. Из первой выходит толстый человек в хорошем пиджаке. Из второй выходят двое охранников. Майк подходит к Сливе, они молча пожимают друг другу руки и вдвоем удаляются от машин и от охранников.
МАЙК (идет рядом со Сливой). Меня кинули с черным налом. Так что у Валентина больше нет крыши. (Слива идет рядом, молчит. Майк останавливается, они поворачиваются друг к другу лицом.)
МАЙК. Там на пол-лимона недвижимости и дачка в Кратово. Очень симпатичная дачка.
Слива молчит. Потом поворачивается и уходит.
Квартира Ирины. День.
Интерьер спальни, разобранная кровать. Ирина в халате. Марк ходит по комнате и неторопливо одевается.
ИРИНА. Пара негров. Он и она. Эдик и Виола. Дома у себя сырные палочки делали и по клубам развозили. Недорого. Купила три мешка. А мои козлы их не туда положили, ну и в них крысы забрались и крысят вывели. И я еще негру этому пятьдесят баксов должна осталась. Иду по Сретенке, вижу, он стоит. Я к нему подхожу, говорю: Эдик, не волнуйся, отдам я тебе эти пятьдесят баксов. А потом вижу, это совсем другой негр. Ты знаешь, не помню, говорила я тебе, я к Сережке ходила на телевидение. У меня есть идея сделать свое ток-шоу. Все говорят - у меня получится. Только бы долги отдать.
МАРК. Как ты можешь отдать долги. Ты способна их только делать.
ИРИНА. Зачем ты тянешь меня в постель, если тебе не хочется?
МАРК (завязывает галстук и смотрит в окно). Хочется, хочется...
ИРИНА. Хочешь короткий анекдот? Чем жизнь отличается от хуя? Знаешь?
МАРК. Догадываюсь.
ИРИНА. Жизнь жестче. Смешно?
МАРК. Весьма.
ИРИНА. Марк, чего ты таким церемонным стал? Ты же всегда делал то, что тебе хочется, и спал, с кем хотел.
Марк берет бутылку боржоми и ищет глазами открывалку.
ИРИНА (громко). Оль! Принеси открывалку.
Входит Ольга с открывалкой. Ирина берет у нее открывалку, протягивает Марку, толкает Ольгу на кровать. Ольга неподвижно лежит. Марк смотрит на Ольгу, открывает бутылку, пьет. Ставит бутылку на подоконник, пытается уйти. Ирина стоит в дверях. Марк отводит ее руку и уходит.
Интерьер клуба. Ночь.
Небольшая комната, полумрак. Вспыхивает яркий свет. Майк стоит у выключателя. Лев спит на полу. Лев поднимает голову, жмурится, закрывает лицо от света.
МАЙК. Пойдем. Твои партнеры прилетели.
ЛЕВ. Какие партнеры?
МАЙК. Которые деньги паковали.
Лев встает. Майк выходит из комнаты, идет по коридору. Лев следует за ним.
МАЙК (не оборачиваясь, на ходу). Они говорят, что сделали все правильно. Как в аптеке.