Что со всем этим делать? Я мечтаю иногда о «внутренней Москве», наподобие внутренней Монголии, но не очень себе представляю, где ее расположить. Идеальное место - Ленинские горы, которые я все никак не привыкну называть Воробьевыми; хорош Ботанический сад, да и ВВЦ, и сад «Эрмитаж», и сад Баумана, и множество мест, где мы любили и были счастливы. Штука в том, что под внутренней Москвой понимается обычно Садовое кольцо и все, что в него помещается, - а это уж, как хотите, совсем не Москва, потому что там селятся самые адаптивные. Как бы собрать город из того, что ты о нем помнишь, из мест, где так пахло мартом, счастьем, свободой? Почему-то врезался миг абсолютного счастья: восьмой класс, мы с двумя друзьями выходим из книжного магазина, мартовский оранжевый закат, почему-то едим апельсины, почему-то такое же апельсиновое солнце и уже почти весенний запах таянья… Или Белорусский вокзал, медленный мягкий снег, серый день, я уезжаю под Москву на студенческие каникулы… Или - сразу после армии - с теми же друзьями непонятная ночная прогулка в университетский лесопарк за кислыми зелеными яблоками, и главный за всю жизнь образ счастья - листва, зеленеющая в свете фонаря… Тогда еще чувствовался дух этого города - глядящего на тебя как бы искоса, с тайным одобрением: ничего, чуди, так ли я чудил в свое время! Дух бодрой соревновательности, щедрого жизнеприятия, доброжелательной хитрости… Но всего этого теперь нет: на месте Москвы - огромное зияние, воронка, в которой не различишь ни одного живого лица. Только призрак москвича, который кроится из всего, что вы сами в себе ненавидите.
Все- таки столичный статус, как хотите, -палка о двух концах: хорошо быть главным, но плохо - единственным.
Евгения Пищикова
Карамельные штучки
Разобраться с москвичками
Кривда
Я давно уже поняла, для чего существуют чаты, форумы, живые журналы и прочее частное, интимное пространство интернета. Это большая, постоянно пополняемая Книга жалоб и предложений. На какой прилавок она выложена, кто-то прочтет ее всю, как-то он нас пожалеет? Но великая книга эта, даже если читать ее фрагментами и кусками, очень жалостна - такая она злобная, пронзительная, невзрослая. «Падонковский» язык - это же лепет, щебет дитяти - и слова-то не выговариваются, и ругань младенцу не стыдна, и вера в чудо жива. Мама, пусть этот «йопаный автар выпьет йаду!» Ну, пожалуйста, мама, сделай так, чтобы еще «апстол» ударился… Много я находила совсем уж жалобных страничек да чатов, и всякий раз мне казалось: лучше уже ничего не отыщется. Что, скажем, может быть печальнее черного списка проштрафившейся прислуги? Но всякий раз обнаруживалось что-нибудь еще более печальное.
Так- то вот и нашелся форум питерских мужчин, женатых на москвичках. Петербуржцы обсуждают своих московских жен. Это, доложу я вам, тексты. Это такие тексты, что и цитировать-то их никак нельзя, а можно лишь пересказать своими словами, как песню.
Москвички, на вкус питерских мужчин, женщины неприятные. Зачем надо было жениться - болезненный вопрос, который каждый участник форума неоднократно задает себе и товарищам по несчастью. Надобно, конечно, сделать скидку на известное умственное противостояние двух столиц, но и с этой скидкой картина выходит удручающая.
Что же москвички делают не так? Да все.
Они ходят дома голые и курят в постели. Они ругаются, как извозчики, а потом засыпают в обнимку с плюшевыми собачками и сердечками. По городу передвигаются пешком только в силу крайней необходимости, всюду норовят на машине. Если же доведется им пройтись, придают лицу некое специальное отстраненно-чванливое выражение и улыбаются только мельком замеченному банкомату. Чрезмерно много пьют, и все норовят дорогой алкоголь - как будто цена выпивки облагораживает процесс. Они хамят официанткам и продавщицам - и вообще безбожно грубы с теми, кого считают ниже себя. Любят «качать права», скандалить - уверены, что такой тип поведения - следствие высокого уровня внутреннего достоинства. Тип мелкопоместной барыньки. Зато внимательны к предметам и ласковы с вещами, сребролюбицы. Уважают бесполезное знание: чуть ли не каждая норовит получить второе образование (за него, понятное дело, муж платит), и все учатся на психолога - а на детей орут. Хороши ли они в постели? Требовательны, и больше ничего: «Москвичка сдуру может и хер сломать». Главное же - у москвичек примитивное представление о жизненном успехе. Они выпивают из мужчины все жизненные соки.