Даже риэлторы, типичные представители межпрофессиональной специальности «и нашим, и вашим за копейку спляшем», вступились в борьбу за право центра оставаться центром. Не может считаться элитным дом, построенный в Бирюлево, даже если в нем пять подземных паркингов, восемь салонов красоты и своя обсерватория. С другой стороны, если граничить участком с бандитом означает «элитное соседство», отчего и уродцу в Бирюлево не носить гордое погоняло?
Москва, Москвой не являющаяся - объективная реальность, данная в ощущениях тем, кто в ней живет. Появление столицы, не нуждающейся в выезде «в город» (в бабушкином значении), теперь стало очевидно даже и московским рестораторам. Уже несколько грандов гастрономического рынка заявили о том, что новые проекты будут реализовывать вне центра: haute cuisine придет на Бабушкинскую, в Марьино, в Ю. Бутово, где, кстати или некстати говоря, проживает такое количество хастлеров, что какой-нибудь берлинский Шенеберг может тихо отдохнуть в сторонке. Пиццерии, траттории и суши-бары, эти необходимые признаки большого города, наличествуют давно. Дорогие фитнес-клубы, в которых, увлекшись стрельбой глазами, можно ненароком напороться и на козла, кинотеатры, салоны красоты, солидные агентства недвижимости, не говоря уже о Сбербанке, - все, что нужно обычному человеку, есть теперь и в Паскудниково.
Чего нет? Нет Большого зала консерватории, нет Патриарших прудов, нет Пушкинского музея, нет атмосферы сладостного восторга, которую невозможно не почувствовать, гуляя по одноэтажному Замоскворечью, нет шалмана «Московские зори», выставившего по соседству со студией Никиты Михалкова на улицу пузатый самовар и блюдце с леденцами. И, безусловно, нет Елисеевского, магазина с неразнообразным ассортиментом, задранными по самое не балуй ценами и сонными ночными кассиршами, магазина, который, как выяснилось, играет на удивление важную роль в жизни посольских вдов и скрипачек филармонии. Их бабушка, я думаю, тоже ходила «в город», передав эту ужасную заразу по наследству.
Людмила Сырникова
Список благодеяний
Женщина и автомобиль
Обычно московские таксисты обсуждают политические новости, либо жалуются на жизнь, либо говорят стихами. «Если за рулем п…да, - говорят таксисты, - значит, это не езда». Они обучили этому своих пассажиров мужского пола, те запомнили, накупили автомобилей, сели за руль, дождались встречи с дамой и говорят: «Если за рулем п…да, значит, это не езда». Дело вовсе не в том, что они хамы. И не в том, что из них лезет заскорузлый мачизм. И даже не в том, что по статистике женщины попадают в аварии вдвое реже мужчин, так как ездят вдвое аккуратнее. Дело в том, что женщина за рулем так же необходима мужчине, как в постели или у плиты.
Мужские претензии к женщинам-водителям просты и понятны. Женщины ездят в левой полосе со скоростью 40 км/ч, перестраиваются, когда им заблагорассудится, долго думают, прежде чем совершить маневр, который требует мгновенной реакции, красятся и причесываются за рулем, покупают автомобиль под цвет туфель, путают капот с багажником, способны ездить на красный, когда все стоят, и стоять на зеленый, когда все едут. Женщина за рулем хуже чайника, потому что не обладает чайниковой робостью, зато в избытке наделена женской самонадеянностью. Между будуаром и дорожным полотном для женщины нет никакой разницы. Женщина за рулем, становясь существом общественно опасным, пробуждает ненависть.
Один бомбила рассказывал, как еще до того, как стать бомбилой, работал водителем у директрисы косметического салона. Случай классический: басмой без хны нельзя, а эти цвета у нас заводские идут. А потом директриса купила себе автомобиль. Скромный Citroеn Picasso. И бомбила стал учить ее потихонечку ездить. На дороге вела она себя корректнейшим образом: высовывалась из окна и делала наманикюренными пальцами знаки в том смысле, что, мол, пропустите начинающего водителя. Как правило, ей уступали дорогу, иногда даже кивали приветственно. «Ну а если не пропустят, Татьяна Викторовна? - спрашивал будущий бомбила. - Не уступят если?» - «Ну, тогда я уже сама рассержусь!» - говорила она. И как-то раз рассердилась. Проехала на желтый. А с той стороны какая-то дама на Kia Sportage, как потом выяснилось, продавец-консультант, тоже проехала на желтый. Результат: бампер, правое крыло, фара и подфарник. Два часа ночи. Ни зги не видать, ГАИ выехало, ждите. «Что же это вы, - спрашивает продавец-консультант, - куда смотрели-то?» - «Куда сама смотрела, корова?!» - отвечает ледяным голосом наша владелица салона красоты. И пока продавец-консультант набирает в легкие воздух, безо всякого адажио сразу от аллегро переходит к аллегро мольто: «Чего вылупилась? Где колокольчик, а?!»