Но это внешняя, как бы обращенная к публике сторона жизни артистки. Была и другая сторона: неизлечимая болезнь (Стеша и умерла молодой — от горловой чахотки); незадавшаяся жизнь дочери Ольги. Кожевников знал об этом и как мог старался облегчить участь обеих, посылая им деньги и подарки.
Ольга часто пела дуэты с матерью. Состояла она в том же цыганском хоре Ильи Соколова, куда так охотно приезжал Пушкин. Дружила с приятельницей поэта Танюшей Демьяновой, позднее была выкуплена у хора влюбившимся в нее П.В. Нащокиным.
Пушкин останавливался у Нащокина в годы близости друга с О.А. Солдатовой, стал крестным отцом их дочери. У поэта складываются с О.А. Солдатовой самые добрые отношения, тем не менее он одним из первых поддержит П.В. Нащокина в его намерении оставить Ольгу и жениться на В.А. Нагаевой. После состоявшегося разрыва и свадьбы приятеля Пушкин напишет ему: «Желал бы я взглянуть на твою семейственную жизнь и ею порадоваться. Ведь и я тут участвовал, и я имел влияние на решительный переворот твоей жизни». И снова через третье лицо И.П. Кожевников передаст Ольге с двумя детьми немалую сумму — в «незабвенную память матушки, которая осчастливливала нас в Свиблове своим ангельским пением».
Происходили обычно свибловские музыкальные вечера, принесшие такую широкую популярность цыганским певицам, в специальном дощатом театре площадью около двухсот квадратных метров. Для гуляний же предназначалась длинная густо обсаженная цветами аллея, где зажигались транспаранты с инициалами выступавших исполнителей и пускались замысловатые — «кожевниковские» фейерверки.
Между тем, живя в Свиблове, И.П. Кожевников не переставал заботиться и о московском доме. Гостиница здесь постоянно улучшалась, пользовалась хорошей славой и процветала. Именно в ней — в «Виктории» — трижды останавливался в своей жизни Л.Н. Толстой. Первый раз — в феврале 1878 г. Месяцем раньше писатель начал собирать материалы о николаевском времени для задуманного романа о декабристах. Второй раз он жил здесь в январе 1879 г., когда уже были написаны первые главы романа: приезд в Москву ее героев — семьи Лабазовых. Но тогда же приходит решение отказаться от темы. В третий раз Л.Н. Толстой остановился в «Виктории» в мае 1881 г.— после своего письма Александру III о событиях 1 марта 1881 г., когда он просил о помиловании цареубийцы. Кстати, это последнее его пребывание в московских гостиницах. Чуть позже он приобретет дом в Долгохамовническом переулке.
Старое домовладение перестало существовать в 1890-х гг., проданное внучатыми племянниками И.П. Кожевникова светлейшему князю К.А. Горчакову, который в 1900 г. возводит на его месте огромное (и ныне существующее) здание по проекту архитектора И.Ф. Мейснера.
Развитие промышленности во второй половине XIX в. резко меняло уклад жизни России, ломало многие традиции. И.П. Кожевников стал быстро терять былую силу. Гуляния в Свиблове еще какое-то время продолжались, но уже без финансового участия владельца. Судьба «Вишневого сада» постигла Свиблово задолго до появления чеховской пьесы. Сам И.П. Кожевников умер в 1889 г. и был похоронен все на том же Миусском кладбище, под еще раз обновленной им церковью Софии.
ТОРЖЕСТВО В МАНЕЖЕ
Какой это был удивительный праздник: 27 декабря 1867 г. в Москве. Манеж, превращенный в гигантский концертный зал, 700 человек оркестрантов и хористов, 12 тысяч зрителей — и несмолкающие овации после каждого исполненного произведения. Москва приветствовала Гектора Берлиоза. Тяжело больной, подошедший к концу своих дней музыкант переживал свой самый большой в жизни триумф. Московские газеты помещают восторженные отзывы.