Практически прачечные имелись в каждом квартале. За грязным бельем приходили посыльные, они же доставляли чистое белье. И при том прачечные оборудуются во многих домах, жилых и достаточно комфортных, что, по-видимому, не нарушало санитарных норм.
Совершенно так же в жилых многоквартирных домах оборудовались врачебные, зубоврачебные и даже «родовспомогательные заведения». Здесь можно было найти и так называемые «частные учебные заведения III разряда» — мужские, женские, смешанные, дававшие первоначальные сведения по арифметике, истории, географии, русскому языку и в отдельных случаях — по иностранным языкам. Они успешно готовили к поступлению в гимназию или городское училище, не отрывая детей от родной среды. Но как все медицинские учреждения, так и педагогические находились под строжайшим контролем и постоянным наблюдением Городской управы.
Предметом особой гордости Городской думы было положение учителей. На 1912 г. в начальных училищах их было более двух тысяч. Старшие учителя получали годовое жалованье в 600 рублей и бесплатную казенную квартиру с полной обстановкой. Классным учителям выплачивалось 460 рублей годовых и 240 «квартирных». Через каждые три года следовала надбавка в 40 рублей.
Для учителей были организованы постоянно действующие дополнительные лекции при Педагогических курсах и Университете Шанявского. Город содержал Музей учебных пособий с целью знакомить педагогов с новыми методами обучения. Бесплатный склад учебных пособий снабжал все школы учебниками, письменными принадлежностями и пособиями. Во все школы рассылались комплекты диапозитивов — «Картин для проекционных фонарей».
Для внешкольного образования город содержал бесплатные читальни — имени Тургенева и имени Островского и библиотеки-читальни имени Пушкина, Гоголя, Грибоедова, а в Замоскворечье еще одну — безымянную, в Спасском переулке. Последней решено было присвоить имя Льва Толстого, но Городская дума не дала на это согласия.
«Отцы города» — так отзывались москвичи о гласных Городской думы. Сначала не без иронии, а в XX столетии с полным пиететом. Можно применить и другое обиходное выражение — радетели города. Но никак не хозяева. Работа в думе не давала никаких преимуществ, тем более людям с большим профессиональным авторитетом. Среди гласных — ведущие архитекторы Москвы: Богдан Михайлович Нилус — москвичам хорошо знакомы выстроенные по его проектам огромные доходные дома по Большой Никитской, 24 и Никитскому бульвару, 12. Это автор комплекса Делового двора на нынешней Славянской, ранее Варваринской площади, Иван Сергеевич Кузнецов, Роман Иванович Клейн, строитель Варваринских жилых домов на Солянке и Сытинской типографии на Пятницкой Владимир Владимирович Шервуд. Рядом с ними известные юристы и инженеры — путеец Э.И. Альбрехт, инженер-механик В.В. Зворыкин, профессор Д.Н. Головнин, преподаватель Константиновского межевого института, гражданский инженер, глава фирмы Н.Н. Зимин, механик А.И. Стрепихеев, профессор Я.Я. Никитинский, возглавлявший Общество содействия успехам практических применений.
Всего при думе было организовано 27 комиссий из состава гласных. «Господа, гласным Московской думы недостаточно быть образованными людьми, им следует оставаться практикующими специалистами. Только в таком случае Дума сможет успешно справляться со всем многообразием стоящих перед городом проблем. Просто служащие чиновники — всегда балласт для городского устройства и горожан», — это слова из речи присяжного поверенного Владимира Владимировича Пржевальского, члена Братолюбивого общества снабжения неимущих квартирами, Благотворительного тюремного комитета, Городского попечительства о бедных, попечителя Дома призрения имени Фирсанова (в Соколовском переулке) и одновременно председателя Наблюдательного комитета Московского городского общества взаимного от огня страхования. Подобное совмещение занятий для гласных представлялось необходимым.
О круге вопросов, решаемых думскими комиссиями, свидетельствуют их названия: комиссия по общественному призрению, по разработке вопроса о сооружении народного дома и учебно-ремесленной мастерской на пожертвования А.А. Бахрушина, по ревизии отчетов о постройке городского электрического трамвая, по вопросам постройки и эксплуатации газового завода, для выяснения и разработки вопроса об организации трудовой помощи населению работных домов и домов трудолюбия, для ревизии расходов городского управления, вызванных войной 1914 г.