- Ходорковского Миша зовут...
- Какая разница...
Пошел Шанцев служить вместо банка в хоккейный клуб "Динамо", не дал ему после "реформ" погибнуть, как мы не позволили развалиться строй-комплексу. При нем "Динамо" стало чемпионом Содружества и России.
В Южном округе Юрий Михайлович доверил ему руководить префектурой. В мэрии последние несколько лет Шанцев курировал социальный комплекс. Все знают, москвичи, в отличие от жителей других больших городов, в самые трудные годы без задержек получали зарплату из муниципального бюджета, она постоянно росла, как и доходы населения от вкладов, деятельности акционерных обществ, коммерции. Во всем этом есть и большая заслуга Шанцева.
Трудно писать без волнения о Валерии Павлиновиче. Врачи насчитали 148 ранений, в том числе четыре пулевых, определили, что 50 процентов кожного покрова обожжено после взрыва. Он прогремел у порога дома, откуда Шанцев вышел утром за молоком для внука. И после такого ранения через три месяца вышел на работу! С тех пор Шанцев вице-мэр и первый заместитель премьера Москвы.
Много приходилось читать о нем выдумок, неправды. Одним не нравится его отчество, хотя оно от имени в святцах, им называли на Руси и мужчин, и женщин. Другим не по душе фамилия, а она происходит от профессии деревенских предков-кузнецов, выделывавших шанцевый инструмент. Даже в доброжелательной газете написали о нем: "У этого, наверное, очень доброго человека взгяд тяжелый, как штанга".
Между тем он часто улыбается, много шутит, анекдотов знает много и умеет их рассказывать так, как знал и умел Юрий Никулин. Вот один анекдот от Шанцева:
Русского и американца Бог отправил в ад, одного в русское отделение, другого - в американское.
- Разница между ними какая? - спросили грешники.
- В американском аду с утра пьют рюмку дегтя и - свободен, мучайся целый день. А в русском аду две рюмки придется принимать, одну на завтрак, другую на обед.
Разошлись грешники по национальным квартирам, встречаются вскоре опять. Наш здоров и весел. Американец стал худым и зеленым. И рассказывает русскому:
- Деготь, конечно, дрянь, не виски. Но мне нравится в аду, никто не пристает... А ты как две рюмки выпиваешь?
- Знаешь, я вообще теперь ничего не пью, - ответил ему русский. - То дегтя не привезут, то рюмку свистнут!"
Лужков правильно выбрал вице-мэра, умеющего работать в условиях, когда с утра могут и зарплату не подвезти, и кассу ограбить. С Шанцевым они дополняют друг друга.
В нашей команде работают вместе хозяйственники и бывшие секретари райкомов, горкома КПСС, ЦК ВЛКСМ. Было бы крупной ошибкой не использовать на благо города опыт, политический и хозяйственный, таких людей как Шанцев. Многие раньше и сейчас стараются нас противопоставить другу другу, но между нами всегда уважительное отношение.
* * *
В условиях рынка любое новое дело наш комплекс начинает с решения земельно-имущественных отношений. Это значит, имеет каждодневно дело с комплексом Олега Михайловича Толкачева, еще одного первого зама премьера. Он человек неординарный, на мой вгляд, перспективный, высокоразвитый. У него блестящая память, способность быстро считать, просчитывать варианты решений. Толкачев получил высшее образование в престижном МИФИ, защитил диссертацию доктора физико-математических наук. Со дня рождения живет в Москве, считает себя москвичом не только по происхождению, но и по образу мыслей и духу. В молодости объездил за рулем полстраны, плавал на байдарках, ходил в турпоходы.
В Москве Толкачев избирался председателем райсовета и назначался префектом Южного округа. Оттуда перешел в Москомимущество. Там, где Олег Михайлович, - успех. Я высокого мнения о нем, как и о Борисе Васильевиче Никольском, о котором писал выше.
Лужков поступил абсолютно верно, когда не послушал непрошеных советчиков, не испугался кампании в прессе, предостережений не назначать первым замом премьера Никольского из-за его недолгой службы в Тбилиси. Там он избирался одним из секретарей ЦК компартии республики и находился в городе в дни известных трагических событий, до конца не проясненных.
Твердо могу сказать, к трагедии на проспекте Руставели Никольский не имел отношения, за нее перед историей ответят другие, те, кто развязал в Грузии гражданскую войну.
* * *
В команде Лужкова я работаю по уставу, состоящему из двух пунктов: 1. Мэр всегда прав. 2. Если мэр не прав, смотри пункт первый. Иначе нельзя он избран народом, а я нанят им на работу.
Если хочется покритиковать руководителя, то надо выйти из его команды и создать свою. Могу высказать собственное мнение по любому вопросу, но не критику. По этому уставу я работаю и с мэром, и с подчиненными.
Скажу теперь о команде строительного комплекса, трех руководителях крупных подразделений, моих ближайших помощниках. Начну с Воронина Александра Ивановича. Это большой специалист, он прошел путь от рядового инженера-строителя до высших командных постов, сейчас ведает экономической, научно-технической и промышленной политикой комплекса. Знает Москву досконально, я бы сказал, это академик в своей отрасли. Помимо всего, Воронин - преданный общему делу, любит Москву, любит москвичей. Очень скромный человек, вносит большой вклад в развитие комплекса, но никогда не высвечивается. Нам повезло, что в руководстве оказалась такая личность.
Евгений Павлович Заикин занимается формированием архитектурного облика, строительством и реконструкцией, то есть теми приоритетными проблемами, которые указаны в названии нашего комплекса. Его путь - от рабочего до руководителя района Москвы. Он избирался депутатом Городской думы, управлял трестом. Настолько предан строительству, что отказался возглавить одну их префектур Москвы.
Заикин больше кого-либо в нашем комплексе не боится самой тяжелой и черной работы, и, выполняя ее, все время одеяло с бременем проблем натягивает на себя. Что это за работа? Из пейзажа многих улиц центра вблизи Садового кольца исчезают оказавшиеся среди домов цеха разных заводов. Они возникли в XIX веке после отмены крепостного права, в годы промышленной революции. Так, на Новослободской оказался Московский завод пищевых концентратов. На Большой Татарской улице - цех точного литья ЗИЛа. На Большой Серпуховской - Мостекстильпром. Их больше нет, как и многих неназванных мною предприятий. Высвобожденная земля передана под застройку домов, офисов, магазинов. В зримом успехе этого трудного дела - большая заслуга Заикина.
Леонид Наумович Краснянский в Москву переехал в зрелые годы с Украины. К нам перешел из угольной промышленности, стало быть, как я, горняк по происхождению. В советские годы создавал нашу систему материально-технического снабжения, в рыночных условиях занимается коммерческим внебюджетным строительством. Все доходы из этого источника идут на муниципальное бесплатное жилье, социальные нужды.
После развала СССР на улицах Москвы осталось много недостроенных зданий упраздненных министерств, ведомственных институтов, учреждений, промышленных корпусов, так называемых "незавершенок". Они пустовали годами, стояли с разбитыми окнами, сломанными дверьми, пугая прохожих. Созданный Краснянским "Мосреалстрой" занялся реализацией этих самых незавершенок. Их насчитывалось около 400. Часть из них привели в порядок силами комплекса, часть - покупатели сами приспособили под свои нужды, изменив планировку. За год распродали почти все!
Краснянский из тех, кто работает с перспективой. Есть у него большая мечта - создать Московскую биржу по продаже квартир, гаражей, нежилых помещений. Сейчас москвичи тратят много сил и нервов при покупке квартир, попадают в алчные руки посредников, в разные криминальные истории. Нужно, чтобы каждый без посредников приходил на биржу и, посмотрев на табло, мог выбрать район, дом и квартиру, с отделкой или без. Тут же на бирже заплатить за покупку, получить ключи и документ собственника. Эту мечту Краснянский сделает былью, потому что он целеустремленный руководитель, создавший вокруг себя сильную команду. От ее успехов зависит процветание города.
У строителей, как у военных - профессия мужская. Но есть в нашем комплексе на руководящей работе женщины. Они без поблажек несут такую же тяжелую ношу, как мужчины. Моей правой рукой, руководителем аппарата, служит Нина Николаевна Китаева. Она выполняет массу поручений, через ее руки проходит вся наша переписка, неиссякаемый поток документов, жалоб, заявлений. Трудно количественно определить оборот этих бумаг, но ни одна из них не остается без внимания, должного ответа, нужного посыла.