Зину словно подменили. В глазах появился некий интерес, они заблестели, на губах заиграла довольная улыбка. Она достала из-под прилавка табличку с надписью «Перерыв по техническим причинам» и показала ее всем присутствующим:
— Граждане читатели! У меня перерыв! Прошу покинуть зал!
— А когда можно прийти? — робко спросил кто-то.
— Часа через два, не раньше! Прошу, прошу!
И Зина чуть ли не взашей вытолкнула всех из библиотеки.
Джульетта улыбнулась:
— Распоряжаешься, как в старые добрые советские времена: тогда все закрывались под всевозможными предлогами на перерывы. Не боишься, что редактор выгонит?
Зина беззаботно махнула рукой:
— А где он еще возьмет такую дуру, чтобы за копейки работала? Я все-таки профессионал своего дела, любую книгу с закрытыми глазами на стеллажах найду.
— Что верно, то верно. Одни у нас сейчас жируют, в ваннах с шампанским купаются, а другим и на хлеб не хватает.
— А как пьет рабочий люд? — подхватила Зина, деловито распечатывая бутылку. — На водку еще набирают, она же дешевая, а на закуску не остается. Вот и спивается народ по-черному.
— Да, в генетический код нации закладывается дебилизм и безнравственность. У народа отняли будущее.
— Тебе-то что прибедняться? — возразила Зина. — Вон, каждый раз с вином приходишь. Небось Мягди подбрасывает?
Джульетта рассмеялась:
— Я к тебе как раз по его душу и пришла. Посоветоваться.
В глазах Зины зажегся огонек любопытства. Больше всего на свете она любила вникать в чужие тайны и быть душеприказчиком. Джульетта не раз говорила, что ей бы быть в церкви духовником, да чужие исповеди выслушивать. И сейчас Зина превратилась во внимание, затаила дыхание, чтобы не спугнуть подругу и не заставить ее изменить решение рассказать о своих тайных страстях.
— Тогда выкладывай. Все, как на духу.
— Нет, давай сначала дернем для храбрости.
И Джульетта разлила по высоким бокалам пенистое шампанское. Зина выпила, сморщила курносый носик и отставила бокал в сторону.
— Что за муть ты принесла?
— Шампанское, — удивилась Буланова. — Кажется, даже французское. «Роше» называется.
— Ты уверена? Настоящее шампанское бывает только во Франции. «Роше», конечно, фирма весьма известная. Но запомни: шампанское никогда не может пахнуть персиком, как вот это. Или каким-нибудь там киви. Шампанское делают из винограда, и пахнуть оно может только виноградом. Все остальное — подделки с искусственными ароматизаторами. Дай-ка я взгляну на бутылку!
Она, как истинный знаток, взяла бутылку и стала внимательно рассматривать со всех сторон. Затем поставила на стол и с удовлетворением заметила:
— Конечно, подделка. Во-первых, сделано в Германии, а не во Франции. Во-вторых, в его составе вода, эмульгаторы, сахар, спирт и ароматизатор, он-то и дает запах персика.
— Вот сволочи! Всю страну завалили подделками!
— А ты что, думаешь, Запад будет продавать нам качественный товар? Да и наши закупщики норовят взять там самые дешевые продукты и тряпки. Вот что ты куришь?
Джульетта вынула из сумочки пачку сигарет в яркой красной упаковке и недоуменно протянула:
— «Мальборо». Как и всегда.
Зина скептически рассмеялась:
— А ты лучше возьми нашу «Яву». Дешевле и для здоровья полезнее. Настоящее «Мальборо» продается в США, где производится. А для недоразвитых стран, в том числе и для России, выпускается другое «Мальборо», с крохотной незаметной надписью: «Для продажи за пределами США». Читай сама. По-английски ведь сечешь?
— Секу, дорогая! Как и везде в мире, государственным языком в России теперь стал английский. Посмотри кругом на надписи и вывески. — Она повертела пачку. — В самом деле! Я как-то раньше на это и внимания не обращала.
— Теперь обращай. Так что ты хотела сказать о своем ненаглядном?
Джульетта тяжело вздохнула:
— Понимаешь, хочу снова к нему поехать. Но вся в сомнениях!
— Понимаю: и тому ли я дала.
— Что?
— Романс «Сомнение» в переводе на японский звучит: «И тому ли я дала?»
Джульетта фыркнула:
— Пошлая ты все-таки, Зинок. А корчишь из себя эрудированную даму!
— Кто сказал, что наличие в человеке эрудиции исключает присутствие в нем еще и пошлости?
— Ладно, ладно, не спорю: ты меня своей грамотностью затрахала! Так как мне поступить: ехать или нет?
— А где Мягди сидит?
— В Лефортовском специзоляторе.
— О! — удивилась Зина. — Как государственный преступник.
— Он и есть государственный! Ему этот Усков такие статьи шьет!