— Шутишь? — не поверил Рафаэль.
— Члены правительства тоже думали, что премьер шутит.
Но говорят, что Шимону было не до шуток. Премьер-министр сообщил, что твою рукопись необходимо запретить. Генеральный прокурор тут же подтвердил, что цензурный запрет вполне законен.
— И никто не возразил? — спросил Рафаэль.
— Никто не возразил, — подтвердил редактор. — Шимон был убедителен, как никогда.
Премьер-министром Израиля был Шимон Перес, опытный и мудрый политик. Сторонники жесткой линии считали его слишком мягким, но либералы премьера уважали. Рафаэль считал себя сторонником Переса, несколько раз встречался с ним и не ожидал от премьер-министра такого решения.
— Что же мне делать? — проговорил растерянно Рафаэль.
— Сдай рукопись и подожди, — посоветовал редактор. — Я не знаю, почему они так обозлились на твою книгу, но в любом случае запрет не может быть долгим. Через несколько месяцев сделай новый вариант и попробуй еще раз. Может быть, к этому времени я что-нибудь узнаю.
Рафаэль предпринял последнюю попытку. Он хорошо знал одного из министров в правительстве Переса. Он позвонил министру домой.
Рафаэль знал, что, в принципе, важнейшие вопросы решаются в депутатском буфете в здании кнессета, куда помимо депутатов имели доступ только руководители партий. Здесь можно было за столиком свободно уединиться с нужным министром и поговорить по душам.
Но Рафаэлю нужен был разговор с глазу на глаз.
Они встретились в Кирии — районе Тель-Авива, где находятся правительственные учреждения, в том числе, резиденция министра обороны и начальника Генерального штаба. Министр каждый понедельник обедал в ресторане тель-авивской гостиницы «Самуэль», на берегу моря.
Люди, которые хотели с ним поговорить и имели на то право, тоже заказывали себе столик в «Самуэле»: в ресторане с министром было легче беседовать, чем в его кабинете.
Обычно министр был внимателен к просьбам. В политическом мире страны все постоянно менялось. Долго быть министром невозможно, следовательно, надо с максимальной пользой провести короткий срок в высоком кресле: поссориться с немногими, но подружиться со многими. В маленьком Израиле все друг друга знают и отказывать очень трудно. Или вместе учились, или служили в армии, или выросли в одном кибуце.
Отнюдь не каждое обращение приводило к успеху. Министр, конечно же, чаще отказывал, чем соглашался помочь. Но, отказав, в определенном смысле оказывался у просившего в долгу.
Отказать в следующий раз было уже значительно труднее.
Тем не менее, едва увидев Рафаэля, министр сказал, что ничего не в состоянии сделать.
— Твое дело в руках Шимона, — сказал министр. — Перес сказал: если будет издана твоя книга, пострадает национальная безопасность. Ты же не хочешь навредить стране?
Рафаэль вспомнил слова первого президента страны Хаима Вейцмана: в Израиле невозможно быть пророком, конкуренция слишком велика.
Он вернулся к себе в редакцию. По праву старого знакомого без стука вошел в кабинет главного редактора, который в этот момент заказывал авиабилеты для себя и жены. Редактор собирался отдохнуть пару недель в Европе.
Рафаэль с завистью смотрел на никогда не унывающего редактора. Он был не просто редактором, но и совладельцем газеты, то есть более чем состоятельным человеком. Понял или не понял редактор, о чем задумался один из его ведущих репортеров, но он решил утешить Рафаэля:
— Я могу послать тебя за границу на несколько месяцев. Сменишь обстановку, развеешься…
— В Австралию! — загорелся Рафаэль, вспомнив, что загадочный Мордехай Вануну, техник из Димоны, один из героев его книги, обосновался как раз в Австралии.
Редактор засмеялся:
— А разве там что-нибудь происходит? Хотел бы я жить в Австралии. Там пьяный водитель грузовика въехал на газон — это уже трагедия национального масштаба. Нет, нам нужен корреспондент в Лондоне. Согласен?
Рафаэль кивнул.
Неужели его книгу запретили только из-за того, что в ней речь идет о технике-беглеце, обещавшем рассказать правду о ядерном центре в Димоне?
Даже если это и так, на несколько месяцев придется забыть обо всем этом деле. Он отправится в Англию и окажется далеко от всех этих ядерных дел. А вернувшись в Израиль, попробует переписать рукопись.
Глава пятая
Нападение на школу
Ночью заградительная система сработала сразу в пяти местах. Для оперативной группы израильской армии, которая прикрывала границу, это означало только одно: в страну прорвалось сразу несколько групп палестинских боевиков. Мобильные группы прибыли к точкам пересечения границы через несколько минут и начали преследование.