Йелле попытался пройти сквозь собственную боль, наплевав на плоть, но его регенерации не хватило. Он упал, и пока задыхался, царапался и кусался, перемежая попытки выжить с бранью, его уже скрутили по новой. На этот раз цепями. Не простыми, конечно, не для смертных.
Словом, Томас опять оказался прав. Через три четверти часа измотанный вампир хрипло попросил о смерти.
–Слишком просто, – возразил Томас, у которого даже тени волнения на лице не проступило. – Скажи сначала кто твой хозяин.
И снова Йелле пошёл в отказ. Он пытался говорить о том, что жил и никого не трогал, даже детишек, что привязался к девочке и был настоящим рыбаком, что никогда не имел проблем с законом и вообще ведёт добродетельное посмертие.
На Томаса это не производило впечатление. Он был беспощаден и неумолим.
–Скажи имя своего хозяина, падаль, и я упокою твоё тело, – предложил он, в очередной раз отшвыривая щипцы. Обожжённые в пламени Святого Костра, они рвали плоть по кусочкам с особенной болезненностью, вырывали уже мёртвое мясо вполне себе по-живому.
Йелле тяжело дышал, примерялся. Наконец прохрипел тем, что осталось от его языка:
–Маркиз…Маркиз Лерайе.
–Умница! – похвалил Томас и сделал знак прислужникам, которые уже многого навидались в его работе, покинут комнату. Следующего действа им точно не надо было видеть.
Прислужники выбросились в коридор спешно и довольно – вампиры вампирами, а Томас их пугал.
Через минуту или полторы, когда всё было кончено, Томас позвал:
–Элмар!
Элмар появился тотчас. Он был один из немногих, кого полностью устраивали методы Томаса.
–Подашь мне ещё одну коробку? – поинтересовался Томас, глядя с интересом на моргающую, открывающую рот голову вампира Йелле.
–Кому на этот раз? – деловито осведомился Элмар, не скрывая своего восхищения.
–На этот раз…– Томас подумал немного. Надо было их всех стравить между собой. Едва ли у них за сотни лет не накопилось обид, значит, надо было действовать просто и нагло. – Пусть на этот раз Мария Лоу.
–Мария Лоу? Настоятельница приютов? – не понял Элмар, но встретив взгляд Томаса, не стал спорить.
–Адрес напишу, что в коробке никому знать необязательно, – ответствовал Томас. – Иещё, нельзя ли кого-нибудь…
Он брезгливо поморщился, указывая на горку пепла и праха на полу.
–Пришлю! – пообещал Элмар воодушевленно – работу он любил.
А пока Элмар занимался своими прямыми поручениями, Томас, довольный собой и гордый, направился к Эве по знакомому маршруту.
Она отреагировала на его присутствие вяло, но по сравнению с полным отсутствием реакций – это уже было где-то рядом с чудом и самой жизнью.
–У нас был договор, – напомнил Томас, указывая на нетронутый поднос.
–Ему было больно? – Эва, не знавшая до сих пор ничего хорошего, не знавшая, куда детьь свою боль, во что её обратить, в какую силу, нашла с помощью Томаса выход.
Томас всё равно собирался убить поддонка, почему бы не позаботиться о девочке, которая не знает что ей делать с горем?
–Было, – не стал скрывать Томас.
Эва взглянула на него внимательно. Её глаза были красными, опухшими, но ей было всё равно. Ей уже на всё, что только осталось в несчастной её жизни наплевать. Жизнь закончилась ночью. Осталось тупое существование и какой-то странный человек, который требовал от неё принятия пищи, но обещал…
О, как славно он обещал!
–Можно посмотреть? – спросила Эва хрипло. Горе ещё не накрыло её истеричными слезами и паникой. Она не думала о том, что осталась одна и что будет с её жизнью. Она не понимала ещё что её брат и мама никогда не смогут обнят её, отругать или сесть вместе с нею есть лапшу.
Это всё было впереди.
–На что? – уточнил Томас. Показыват горстку праха от вампира – так себе идея. Показывать голову? Ну уж нет, он с таким трудом запечатал коробку! Показывать тела её брата и матери?..
Не такая он скотина, чтобы показывать такое.
–На его труп, – ответила Эва.
–М…боюсь, что нет. Он нам нужен для следствия, – солгал Томас, хотя меньше всего он думал о следствии. Его занимало возмездие.
Эва насупилась.