— Давай, мужик, проси пробачення! — сказал Васыль. — І готуй гроші!
— С какого хрена? — поинтересовался я.
— З тебе конкретно чотириста фунтів… до суботи, — объявил Петр. — Це, по-перше. По-друге, дещо-що тобі доведеться зробити прямо зараз… Якщо не хочеш прожити залишок життя інвалідом. По-третє…
— В-третьих, идите на юх с вашими предъявами. — процедил я.
— По-третє, ти повинен поцілувати чоботи, — продолжил Петро, берясь за рукоять молотка двойным хватом. — Нам усім… саме зараз. Ти мене чуєш, москаль?! Зрозумів, що тобі треба зробити?
Снаружи послышался громкий возглас:
— Hey guys! Where is everybody?
Распахнулась створка брамы; в мастерскую вошел хозяин фермы.
— Hey, what the fuck? — Фермер уставился на застывших посреди помещения арбайтеров. — What's going on here?!
Петро — единственный, кажется, из четверки западенцев, кто способен более-менее объясняться на инглише — торопливо произнес:
— We equipment brought.
Фермер кивнул в сторону верстака; велел положить туда молотки и убираться из мастерской.
Я сунул заготовку обратно в верстак; закрутил плотно поворотный диск. Обернулся; хозяин все еще стоит посреди мастерских… А вот хлопцы слились так резко, что уже и след их простыл.
— Я могу пройти в хозблок, сэр? — поинтересовался я у фермера. — Я там оставил флягу с водой.
— Можешь, — сказал хозяин. — Но сначала ответь на пару вопросов.
Он подошел почти вплотную ко мне. Некоторое время всматривался мне в лицо; потом громким, требовательным тоном сказал:
— Назови свое имя!
«Вот и всё, — подумал я. — Наверняка скажет Джимми, чтобы меня не включали в бригаду, чтобы ноги такого-то здесь больше не было…»
Карта у меня лежит в боковом кармане сумки — ее мне дал Джимми когда-то взамен той, по которой я некоторое время проходил через контроллеры пакгаузов, и которую вернул обратно Татьяне. Я сказал, что мне надо сходить к машине, что идентификационная карта у меня в бэге.
— Меня не интересует это дерьмо! — сказал фермер. — Как твое настоящее имя?
— Меня зовут Arthur, сэр.
— Второй вопрос, Arthur… — Хозяин фермы почесал грязным пальцем массивный, с палевой щетиной подбородок. — Второй вопрос — что у тебя с этими парнями?
— Ничего, сэр. — Я пожал плечами. — Что у меня может с ними быть?
Этот крупный мужчина с сохранившейся военной выправкой некоторое время сверлил меня взглядом.
— Может, у вас конфликт? — спросил он.
— Лично я ни с кем не хочу конфликтовать, сэр. — Я вытер тыльной стороной ладони струящийся по лицу пот. — Я приехал сюда работать… заработать денег. Конфликты с кем-либо не входят в мои планы.
— Хороший ответ. — Фермер улыбнулся, показав крупные прокуренные зубы. — Вот что…
— Да, сэр?
— Называй меня по имени — Джек.
— Как скажете… Джек. Я могу идти?
— Минутку.
Фермер подошел к ближней части верстака- с этой стороны к нему примыкает небольшой металлический стол. Выкрутил дисковое крепление; вытащил из тисков изогнутый на одном конце прут.
— Arthur, я видел у тебя в руке вот это… — Он продемонстрировал мне железку. — Что ты намеревался с этим делать?
— А, — сказал я. — Это…
— Ну?
— Деревянный пробойник не всегда эффективен в такой почве, сэр.
— Так?
— В некоторых местах приходится бить этой штукой по нескольку раз, чтобы проделать нужных размеров лунку, сэр.
— Джек. И ты подумал…
— Я подумал, что неплохо бы иметь еще какой-то инструмент под рукой. Что-нибудь металлическое, с острием…
— Заодно — и подходящее орудие для защиты?
Не дожидаясь ответа, фермер направился к большому металлическому шкафу. Он отпер замок своим ключом. Что-то звякнуло; повернувшись ко мне, Джек продемонстрировал «пробойник» — сделанный уже не из дерева, а из куска арматуры.
— Вот такой?
— Да, Джек… такой инструмент не помешал бы.
Фермер криво усмехнулся.
— Пару лет назад у нас был несчастный случай… Не на этой ферме, а на соседней — я ею владею на паях с племянниками.
— Несчастный случай?
— Один работник всадил острие в ногу напарника… Они оба были неосторожны.
— Жуть, — пробормотал я.
— Острие насквозь прошило кроссовку… и всю стопу на подъеме. — Фермер положил металлический пробойник обратно в шкаф. — Такие происшествия периодически случаются и на других фермах. Так что я решил отказаться от такого инструмента в пользу более безопасного.
Я выбрался из мастерской через боковую дверь. Еще раз сполоснул пылающее лицо под ледяной струей. Прихватив брошенные в хозблоке вещички, — бутыль и флягу — направился на выход: до окончания брейка осталось всего три или четыре минуты.
— Arthur?! — окликнул меня фермер (он уже успел выбраться из мастерской). — Минутку.
— Да, Джек?
— Я смотрю, ты весь день работаешь «забойщиком»?
Я вяло пожал плечами.
— Ты ни разу не менялся?
— Нет, ни разу.
— Я спрашивал у Джимми… — Фермер поглядел на спешащего к нам от вэна индуса. — А вот и он… Я спрашивал, почему не меняешь работника?.. Джимми?!
— Да, сэр! — Сикх уставился на хозяина. — У вас есть замечание по этому работнику, сэр?
— Почему он не меняется в роли «забойщика»?
— Эммм… — Джими потер пальцем переносицу. — Ему самому нравится эта работа, сэр.
— Но… это же адски тяжелый труд! Надо менять людей на этой позиции.
— Как скажете, сэр.
— Скажу я так…
Фермер посмотрел на свои огрубевшие мозолистые ладони (его руки мало чем отличаются от пары рук любого из нас, арбайтеров).
— Этого парня — он кивнул на меня — отправь после брейка на платформу, поскольку он работал больше остальных. А одного из этих… — фермер ткнул в сторону пары расположившихся на паллете у кормы вэна западенцев, — поставь вместо него — «забойщиком».
Джимми, хмуро посмотрев на меня, кивнул.
— Сэр… — сказал я. — Мне хочется себя проверить…
— Ты хочешь выразить протест? — спросил фермер. — Мои указания здесь не обсуждаются.
— Я о другом, сэр.
Фермер жестом показал Джимми, чтобы тот убирался из мастерской.
— Так, Arthur… — Англичанин вопросительно посмотрел на меня. — Что за проверка?
— Хочу проверить память. — Помолчав пару секунд, я, глядя на него, произнес. — Who Dares Wins!..
Фермер удивленно вскинул брови.
— Что? Повтори!
Я повторил девиз подразделения спецназа вооруженных сил Великобритании, известного с 1941 года под названием Special Air Service — «Кто рискует — побеждает!»
— Но… Откуда ты это знаешь? — Джек изумленно смотрел на меня.
— Вы на днях помянули некого инструктора из Двадцать второго полка…
— Я спрашиваю — ты-то откуда знаешь? Ты же форин, иностранец!..
Я усмехнулся про себя — моя голова нафарширована всякой всячиной. И, надо сказать, эти знания не слишком-то мне пригодились… Иначе что бы я здесь делал, на этих каторжных работах?
— Прочел где-то, — сказал я.
Фермер некоторое время молчал.
— Перерыв закончился, — сказал он — продолжим наши нынешние занятия.
Когда мы ехали обратно, все молчали; даже Джимми, подражающий во многом боссу, против обыкновения не врубил магнитолу на полную громкость. Некоторое время был слышен лишь шум мотора; но по всему ощущалось, что атмосфера в салоне наэлектризована до предела.
Я сел по обыкновению в корме, рядом Янек, впереди устроились литовцы; ближе к водителю — им первыми выходить — Петро и Ко. Из нашего микроавтобуса получился бы годный «шахидомобиль»: достаточно одной случайной искры, чтобы мы все гурьбой взлетели на воздух.
Индус остановил вэн, чтобы высадить проживающих на левом берегу Итчен, в районе Bittern Road западенцев, а также поляка, который работал «забойщиком» в другом звене.