Вот только в нужном ли? Алиса была настроена категорически против его присутствия, несмотря на то, что Рада так легко его приняла. И как ему было сломить неприступный бастион в лице понравившейся женщины?
Он много раз задавал себе вопрос, а что если бы Алиса сразу сдалась под его напором? Как долго, в этом случае, продлились бы их отношения? И ответа не было. Просто, это была бы уже не Алиса.
— Надеюсь, ты со мной честен. Сегодня ты вел себя странно. Тая была слишком расстроена твоим поведением и невниманием, хотя и старалась этого не показывать, — назидательно произнесла женщина, смерив сына строгим взглядом.
— При чем тут Тая? Она твоя гостья. Мы уже обсуждали эту тему с отцом, и я не хочу повторяться, уверен, он уже донес до тебя мой ответ…
— Она воспитанная, милая девушка. Прекрасная партия, из благополучной и состоятельной семьи. Тебе ли не знать, что наши семьи будут рады породниться, — напирала женщина, словно и не слыша слов Марата.
— Ты права. Она хорошая девушка и ее отцу не составит труда найти ей такую же удачную партию. Без меня. Я как-нибудь сам разберусь со своей личной жизнью, — стараясь сдержать раздражение, произнес мужчина.
— Разберешься, как же! Не думаешь же ты, что отец одобрит эту Алису? Или у тебя есть весомый аргумент, в ее пользу? — подозрительно прищурившись недовольно поинтересовалась женщина.
— Ты о чем?
— О Раде.
— При чем тут девочка? Что вы сегодня никак не оставите ее в покое? — раздражаясь все сильнее, рявкнул Марат.
— Давно вы с ней вместе? — начала свой допрос Фаина.
— Что? С кем?
— Она твоя дочь?
— Кто?!
— Не прикидывайся, что не понимаешь, о чем речь! — понизив голос, произнесла женщина. Еще не хватало, чтобы об этом разговоре стало известно всем домочадцам.
Фаина не была уверена в своих подозрениях, но зоркий глаз еще ни разу не подводил женщину.
— Все! Довольно! Я не Камиль, который молчаливо принимал все ваши указания, разрушившие его жизнь! — при упоминании имени покойного старшего брата, лицо женщины побледнело. Это было жестоко, но необходимо.
Марат никогда ни в чем не винил родителей, но это не отменяло того, что он прекрасно видел и осознавал, к чему привел тотальный родительский контроль сломавший жизнь Камилю.
— Да, как ты смеешь? Как смеешь обвинять нас в смерти своего брата? — женщина схватилась за горло, словно пыталась сдержать рвущийся из груди крик.
— Никто не винит вас в его смерти. А вот то, что вы разрушили его отношения с любимой девушкой, заставив его отказаться от нее, эта правда. И ты мама, знаешь об этом лучше других. А знаешь ли ты, что она потеряла ребенка? Да, да, — заметив, как женщина, словно выброшенная на берег рыба, открывала и закрывала рот, вмиг лишившись голоса, — ребенка Камиля. Вашего внука или внучку. Но ведь вам это не важно. Это не тот ребенок, не от той женщины, а значит, не несет никакой ценности для вас!
— Я не знала… Не знала… Господи…
— Так вот, запомни! Я не Камиль! И если не хочешь потерять еще одного сына, не стоит лезть в мою жизнь! Как бы я не любил вас с отцом, но мне хватит сил, в отличие от своего брата, уйти из семьи, разорвав все отношения!
— Марат… Сынок…
— Прости, но мне больше нечего добавить, — мужчина резко поднялся из кресла и бросив взгляд сожаления на плачущую женщину, покинул кабинет отца.
Ему хотелось пожалеть, обнять, успокоить. Но не сейчас. Она приняла бы это за слабость и продолжила попытки контроля над последним из сыновей. Отец, в силу своей болезни не мог, как прежде давить на единственного наследника, и его место заняла мать. Однако, в отличие от жесткого и властного отца, она все же была более ранимой и впечатлительной, но не менее хитрой и проницательной.
У Марата была вся жизнь, чтобы понять характер близких и сделать необходимые выводы. Камиль тоже был не глуп, но старшего сына изначально воспитывали иначе. Если Марату в детстве давали больше свободы, то у брата не было и ее.
Мужчина до сих пор не мог понять, как Камиль смог отказаться от Веры. Он любил ее и это были не просто слова. Именно разрыв их отношений и сломал брата. А известие, о потери ребенка и вовсе добило. Однако, ему все же хватило смелости избежать навязываемого родителями «удачного» брака. А вот убило его совсем другое…