Я чертовски сильно ударила Касс, когда вошла в эту дверь.
Честно говоря, я думала, что убила её.
Ну, во всяком случае, вначале.
Даже сейчас, по моему aleimi-телу струилось столько света, что я чувствовала себя странно оторванной, почти парящей. Эта причудливая ясность сохранялась, позволяя мне думать сквозь весь этот свет, и точно знать, где я находилась, и что происходило, и как я попала сюда, и что я сделала. Я даже точно знала, что должно произойти дальше — даже если моя собственная уверенность на этот счёт заставляла меня немного нервничать.
В конце концов, я многое пропустила, верно?
Я имею в виду, у меня был нешуточный отпуск.
Должна ли я действительно быть в чём-то уверена, учитывая, что я больше полугода пробыла более или менее вне игры? Если так, то это казалось мне довольно странным.
На другом конце комнаты Тарси хихикнула.
Я улыбнулась ей в ответ, потом посмотрела на Касс, и эта улыбка превратилась в задумчивое хмурое выражение.
Честно говоря, я всё ещё не знала наверняка, как всё это произошло.
Ну, то есть, я знала. Я знала, что произошло.
Я ясно осознавала происходящее на протяжении всего процесса, так что я могла более или менее документировать факты, но не способна с уверенностью сказать, что присутствовала там в самом буквальном смысле слова. Я была там, но произошло расщепление сознания, которое трудно выразить словами. Это выходило за рамки любых упражнений по разделению сознания, которые я выполняла во время работы с Ревиком.
Я имею в виду, меня там не было, а потом я была только наполовину там… а потом я действительно исчезла.
И вдруг я вернулась.
Или, может быть, наполовину вернулась.
В любом случае, я снова могла двигаться, и Ревик был здесь.
Я держала нашего ребёнка на руках.
Просто всё это так странно — снова оказаться в моём теле… до странности ограничивающее ощущение, и в то же время огромное облегчение, и знакомое, и вроде как забавное.
Это всё равно что найти любимый комплект одежды в коробке в глубине шкафа. Ты думаешь, что он будет испорчен или больше не подойдёт, но нет, всё подходит точно так же, как ты помнил, и по-прежнему ощущается приятно; может быть, даже лучше, потому что теперь ты больше это ценишь. Выглядит это более или менее так же, как тебе помнилось, никаких крупных дыр или разрывов, ничего сломанного или отсутствующего.
Я знаю, дерьмовая аналогия.
Такое чувство, что я должна лучше понимать это или, может быть, лучше объяснить.
Тарси рассказала мне кое-что, но ей не нужно было много говорить.
Как я уже сказала, я знала все факты.
Я не могла объяснить, откуда я их знаю, но я их знала.
Я даже понимала, что мой свет и разум находятся в каком-то высоком месте, поэтому я вела себя довольно странно для всех них. Я не пыталась изменить это — не сейчас. Сейчас нам просто нужно вытащить отсюда моего ребёнка и Касс. Мне нужно решить насущные проблемы, с которыми мы столкнулись, например, тот факт, что Тень забрал моего мужа.
Так что да, основы.
Я решила, что Тарси и Чан расскажут мне об остальном.
С точки зрения местоположения мы по-прежнему находились наверху, в одних из элитных апартаментов, зажатых между несколькими этажами брокерских контор и офисов технических компаний.
Ладно, эту часть я понимала довольно хорошо. Во время нападения Ревика было разумно спрятать их в середине здания, а не в пентхаусе или подвале.
В самом подвале у Тени имелся какой-то бункер для развлечений, заполненный люками, подземными водотоками, лабиринтами, голограммами, полуразумными роботами и всем остальным. Он использовал его, чтобы заманить Ревика под землю… эта часть тоже понятна.
Очевидно, Тень построил самые тяжёлые конструкции под землёй, так что Ревик, Балидор и другие считали, что всё самое важное находится там. Они добились этого, покрыв нижние шесть или семь подвальных этажей несколькими сотнями различных конструкций, а затем засорив архитектуру всевозможной фигнёй, чтобы ещё больше запутать.
Тем временем Тарси знала, что наш ребёнок будет наверху.
Ну, она утверждала, что это знала я, и что я сказала ей, куда идти. Но это относилось к менее понятной части и, полагаю, это уже не имело значения.
В любом случае, когда мы добрались до нужных апартаментов на сорок втором, я почувствовала это. Я почувствовала это очень сильно. К тому времени я уже ощущала Касс.