— Да, знаю, я виноват перед тобой, — продолжил было Вадим...
Новый монолог и начаться не успел, как прилетело по второй щеке! И вот теперь, кажется, Вадим осознал свою ошибку, наконец замолчал. Довольная своей решимостью девушка снова заключила мужчину в крепкие объятия…
— А ещё я перед тобой должен извиниться, — начал он снова...
«Вот мужики!» — рассердилась про себя девушка.
— Третий раз хочешь? — спросила Снежана вслух, снова угрожающе занеся ладонь над щекой.
— Никак нет, Снежок, — ответил Вадим иронично. — Отставить рукоприкладство!
«Так-то лучше», — улыбнулась она снова про себя! Справедливость восторжествовала, и её мнение по поводу всех этих оскорбительных извинений было услышано!
— Чтобы больше ничего подобного я от тебя не слышала! — сказала повелительно возлюбленная Вадима, преданно смотря ему в глаза. — По крайней мере, в этом столетии уж точно! Ты — мой Вадя, мой герой. И не важно, сколько тебе стукнуло тогда, какой ты внешне сейчас. Важно, каким ты остался внутри до сих пор! Вижу, что таким же упрямым — и это факт, но именно твоё упрямство в результате и спасло мою жизнь! А теперь воссоединило наши сердца! Ещё ты должен знать! Если бы тогда ты даже поступил как-то иначе, я бы всё равно никогда не посмела упрекнуть тебя! Никому, слышишь, никому бы не пожелала оказаться в тот момент на твоём месте... Это тебе нужно упрекать ту малолетнюю дурочку, которая, как оказалось, в самую последнюю очередь думало о том, что чувствует её близкий человек, когда она просила его помочь осуществить эту дурацкую затею. Я счастлива, что тот ужас уже позади, хотя сегодня опять едва не накрутила себя до новых глупостей. Правда, теперь я как раз думала уже в первую очередь о тебе. Благодаря этому и поняла, что у меня нет больше права на ошибку! Но в любом случае без тебя мне этот мир стал бы не мил и оказался бы не нужным! Ты очень вовремя появился, родной! Поэтому больше никогда — слышишь? — никогда не смей извиняться! Вот если бы тебя здесь не было... Тут другой вопрос. Будь уверен тогда бы точно тебе пришлось просить пощады! Я бы тебя из-под земли достала — живого или мёртвого. Потому что, Вадь, это уже мне теперь нужно целую вечность перед тобой извиняться!
Вадим звонко рассмеялся и мягко щёлкнул пальцем девушку по носу. — Эх ты, канцелярия снежная! Извиняться она тут целую вечность придумала! Давай вот что! Есть у меня одна отличная идея! Раз ты так настаиваешь и не хочешь слышать мои извинения, то вполне справедливо, что и твои я тоже слушать не буду! А вот так! Потому как не за что! Хочешь — обижайся, извиняться и не подумаю! — Вадим снова рассмеялся. — Ладно, шутки в сторону! Давай вообще забудем эти ужасные выражения по пустякам? М-м? Вот если на пятку наступишь, например, тут другое, и конечно останется одно из двух: или робкое «извините…» из-под лавки «…мой великомилостивый господин царь-батюшка» или «казнить, нельзя помиловать!» Однозначно. А вот если снова захочешь сбежать от меня на ближайшую тысячу лет, да ещё и в какую-нибудь очередную капсулу-каракапсулу вечной молодости, например, то большие никакие «извините», «простите», «сожалею» и всё это бла-бла-бла тебе не поможет! Я тебя сам вот этими руками, как котёнка, раньше даже, чем ты об этом пикнешь! Поняла? Поэтому, наверное, хватит с нас за прошедшую сотню лет всех этих «извините». Да и капсул однозначно тоже хватит, — отмахнулся Вадим. — Что скажешь, мой драгоценнейший Снежок на свете?
— Скажу, что это самая гениальная идея за последнюю сотню лет с планом на ближайшую тысячу, — рассмеялась девушка в ответ. — Больше никаких капсул, расставаний, слёз, печалей извинений и прочих соплей. Как минимум по пустякам! Однозначно с нас хватит приключений, очень хочу домой, но... вот ещё что...
— Что, — насторожился Вадим.
— Ты тогда тоже должен пообещать, что больше никогда и никуда меня от себя не отпустишь! Как бы я ни вырывалась. Что бы я ни чудила. Как бы ни сопротивлялась. Не отпускай! Понял? Хотя бы в ближайшую сотню лет точно! Обещаешь?
— Пф... Да легко! Уж за чем, за чем Снежок, а за этим дело, поверь, в моём случае не станет. У меня теперь, знаешь ли, столько опыта и вспомогательной специфики в этой области, что в пору целую книгу издавать толщиной с трёхтомник Ландсберга или в два тома «Войны и мира». Осталось только название выбрать... Вот, например, «1000 советов, как приклеить к себе девчонку на ближайшую сотню лет!» или «Как не дать девушке прокиснуть за сто, пятьсот...»
— Дурашка! — засмеялась Снежана и мягко ударила мужчину кулачком в грудь. — Я тебе дам прокиснуть. Прекрати! Никаких больше прокиснуть!.. И ещё, Вадя, — девушка виновато прикусила нижнюю губу...