Костя выслушал речь собеседника и серьёзно задумался над сказанным. Получалось, что куча народа платила одному человеку, за одно удовольствие дважды. Но всё же решил пойти на принцип.
- И чёрт с ним! Пускай висит, зараза! А тебе вот. – И при этом добавил хорошо всем известный жест - согнул левую руку, а правой, постучал левую по бицепсу.
- Ну и правильно, – согласился бизнесмен. – пусть остаётся. Что бы «она» могла похвалится следующему: «Глянь-ка, у моего первого всё ещё висит. Замо́к».
- Не выводи меня гад, я в гневе страшен. - пробурчал Костя и полез за очередной сигаретой. Выглядел он скорее расстроенным, чем злым.
Лёха достал зажигалку прикурил сам и дал прикурить клиенту. Некоторое время они, молча, курили и смотрели на мост.
- Смотри-ка постоянный клиент идёт, - прервал молчание Лёха. – гляди и учись.
Со стороны моста к ним подошёл лысоватый коротышка. И тут же обратился к Лёхе, протягивая телефон.
- На среднем пролёте, почти по центру; в общем, там же где и первые висели.
- Сейчас сделаю. – Лёха глянул в телефон и, доставая на ходу болторез, ушёл к мосту. Коротышка, неловко потоптавшись на месте, последовал за ним. Через некоторое время, со стороны моста, раздался весёлый смех.
- Нет, ты представь себе, Костян, - обратился подошедший к лавочке Лёха. – до чего народ скупой бывает! Скидку ему подавай, недоросль лысая, где он только и находит ценителей свое красоты, уже шестой замок ему срезаю. С него за переработку пора брать, а он скидку просит!
- Ты как в бизнес такой попал? – спросил Константин, вполне искренне. У Лёхи глаза сделались мечтательные и немного грустные.
- Ну, раз уж ты первый, кто поинтересовался, расскажу, как на духу. С этой лавочки всё и началось. – он хлопнул ладонью по деревянной спинке. - Девушка у меня была. И красивая, и умная, и весёлая, но разругались с ней в хлам. Да было бы из-за чего…, но разговор не об этом, мы уж и заявление собирались в ЗАГС отнести, и замочек на мосту повесили, и проведать его приходили каждый вечер. Веришь? Но, не срослось. Я с расстройства принял тогда на грудь, дождался вечера и пошёл снимать символ нашей вечной любви. Взял ножовку по металлу, ключи то мы по традиции утопили, полотно запасное прихватил, по дороге пивка добавил, и ближе к полуночи взялся за дело, а тут наряд полиции: «Добрый вечер!». А чем молодой человек занят? А про УКа он слышал? А про вандализм? А про неприкосновенность частной и общественной собственности? Так это ваш замо́к? Ну да, видим что написано «Лёха». А ещё видим «Плюс», видим «Света», видим «Любовь». А остальные участники ИП согласны с вашими действиями? Короче они глумились, но я под мухой не сильно и сопротивлялся, себе дороже. Они поржали и отпустили, похлопав по спине: «Не парься дурачок, не ты первый, не ты последний», но ножовку и полотно на всякий случай забрали.
Утром я посвежел, но. То, что я - «не первый и не последний», мне помнилось хорошо. И вечером я решил посмотреть, кто они - эти мои предшественники и последователи. Почему-то все они ждали ночи. Сидел на этой самой лавочке, пил пиво и смотрел на других идиотов, видел, как от скуки глумятся менты, и на следующий день пришёл с болторезом. К первому романтику подошёл не сразу, он возился почти час, растыка! Я сдался первым, и молча перекусил дужку на нужном ему замке, он молча кивнул и ушёл. Ко второму, пришёл на помощь, как только вычислил зачем он явился. Он сказал: «Спасибо», сунул мне пять сотен и тоже удалился, я и отреагировать не успел. Взял деньги, взял на них пиво... и тут меня как молнией ударило! Уже через месяц стал успешным ИП – сейчас у меня восемь таких мостов и почти тридцать человек персонала. По большому счёту, тебе повезло с нашей встречей, теперь я выхожу в поле только от скуки.
- Знаешь, а ты мне нравишься! – Лёха хлопнул в ладоши, не скрывая восторга. – Давай так, показывай замо́к, срубим на раз - за счёт фирмы и абсолютно бесплатно. Или нет, давай я сам угадаю. Константин не самое популярное имя, на этом мосту их четыре: одно слева и три справа. Краснеешь - значит имя на замке́ есть. Ты всё время пялишься на правую сторону – значит справа. А там у нас... - Лёха сделался серьёзным, как судья выносящий смертельный приговор. - Не хочу тебя нервировать друг, но я должен задать этот вопрос: «Её зовут Олеся?».