— Конечно нет, — мне хотелось понять, чем эта часть леса отличается от остальных, но я не могла. — Расскажешь? Где мы?
Алааран отодвинул лиственный полог. За ним в лёгком сиянии извивались в причудливом танце тонкие стволы деревьев. Они то стремились вверх, то вдруг изгибались под невозможным углом и уходили куда-то в сторону и вниз. Иногда сплетались между собой, образуя клубок. Среди этого безумия прямо из коры высовывались нежные розовые лепестки. Не то цветов, не то листьев, но от них исходил дрожащий едва видимый свет. Я прикрыла рот ладонью. Во все глаза рассматривала открывшуюся картину. Пройдя чуть глубже внутрь, завертелась на месте.
— Такие деревья растут где-то в глубине леса, но это место особенное. Не только потому, что листва здесь создаёт плотный купол.
— И правда, — я посмотрела наверх. Над нами словно образовалась крыша. — А почему ещё?
— Тут родители рассказывали мне истории. В том числе о людях.
Алааран отпустил ветки, через которые мы прошли. Они встали на место, запирая нас среди кривых деревьев. Стало бы совсем темно, однако розовые звёздочки цветов обрисовывали наши силуэты мягким светом.
— Это... потрясающе красиво.
В полутьме я видела лишь тень Алаарана. Видела, как он протянул ко мне руку, но не коснулся. Провёл вдоль тела вниз, осматривая очертания фигуры.
— Я знаю, что люди связывают свои сердца на каких-то церемониях, — Алааран отошёл ближе к деревянному клубку, свет цветов позволил мне разглядеть его лицо, — мы же здесь соединяем разумы. Нет ничего важнее головы.
Он поднял руку и постучал кончиком когтя по основанию одного из своих рогов. Я усмехнулась.
— Что нужно делать?
— Для начала раздеться.
Розовое свечение скользнуло по белоснежной коже, когда он стянул плащ, после тунику. Я не видела его целиком, но могла отлично представить. В коленях появилась мелкая дрожь. Я молчала чтобы не выдать волнение. Сняла брюки. Дальше не решилась сразу. Думалось, что для мероприятия понадобится специальная одежда, но по всей видимости этот ритуал её не предполагал. Спустя долгие секунды ожидания решилась уточнить:
— Ты хорошо меня видишь?
— Какой ответ тебя подбодрит?
— Честный.
Он мягко рассмеялся.
— Вижу плохо. Но я помню каждую деталь твоего тела, мне не помешает тьма.
Ворча нечто не совсем понятное даже мне, я разделась полностью. Кинула одежду на какую-то ветку чтобы она не валялась на земле. Здесь было удивительно сухо и тепло. Я отвыкла от этого за недели дождя.
— Что теперь?
— Теперь тебе надо будет справиться с желанием спорить.
Я закатила глаза. Подошла чуть ближе и наобум вытянула руку вперёд. Пальцы коснулись твёрдой упругой кожи. Я злобно захохотала, сминая его грудь пятернёй.
— Это для смелости. А то запугал заранее.
— А если я так сделаю?
— Буду бить по рукам.
Алааран снова засмеялся, притягивая меня ещё ближе. Он нагнулся и поднял что-то с земли. Насторожившись, попыталась присмотреться, но было ощущение, что он просто испачкал руку в земле.
— Мои родители скрестили разумы здесь. Это не сложно, — он коснулся меня пальцем, проводя от ярёмной ямки чуть ниже, разгоняя мурашки, — мы просто рисуем символы друг на друге. Этот означает «разум».
Алааран скользнул пальцем между моих грудей и снова вверх, рисуя плавную галочку. Я догадалась, что это схематическое изображение рогов.
— Это правда грязь?
— Да, — Алааран громко шепнул с горячим выдохом мне в лицо, — потом отомстишь.
— Не сомневайся.
Чистой рукой оглаживая моё бедро, Алааран ориентировался в моём теле наощупь.
— Вот здесь, — он нарисовал чуть выше пупка спираль, — «дух». — Потом плавно обошёл меня со спины, наклонился и расчертил крестами обе икры сзади. — И «жизнь». Я дарю тебе их. Мой разум, мой дух и мою жизнь.
— Разум — это рога. Дух похож на нашу душу. А жизнь? — когда Алааран вновь встал передо мной, я тоже зачерпнула грязи.
— Если ты хочешь так копать, — он усмехнулся, — то думай об этом как о стремлении идти. Я всегда буду идти к тебе ради наших жизней.
Я хмыкнула. Глубоко. Подражая движениям Алаарана, нарисовала галочку на его груди. Намеренно пробежалась пальцами по всему животу прежде, чем нарисовала спираль. Также, как я напрягалась недавно под его руками, сейчас он напрягался под моими. Присев на корточки, прижалась к ногам Ала спереди чтобы не обходить его и нарисовала кресты на массивных икрах. Распрямилась, неимоверно довольная собой.
— Я дарю тебе мои разум, дух и жизнь. Правильно?
— Правильно, Хонори, — он ласково погладил меня по волосам. — И нужно закрепить это. Найти слово, которое характеризует нашу любовь.