— Мы можем вспоминать бесконечно. А можем лично взглянуть на Этем и угнать капсулы. Отряд со Станции не пропадёт, отправим им сюда кого-нибудь потом.
— Ты себя слышишь, Хонори? — Кан наконец открыл глаза и сел. — Предлагаешь вломиться в логово сумасшедших учёных и угнать капсулу у твоей матери?
Я неопределённо повела рукой.
— Вроде того.
Кан перевёл взгляд на Алаарана:
— Скажи ей. Ты же понимаешь, что это плохая идея.
— Понимаю, — Алааран кивнул. Но на этом всё и закончилось, переубеждать меня он не стал.
— Мы не пойдём туда всей толпой. Давай вместе. Возьмём Лану, если она захочет, — я бросила беглый взгляд на девушку, — войдём в город как гости. Нас же приглашают. Никто не утащит меня силой в камеру для пыток. Просто поговорим. Я ненароком взгляну на эти её деревья. Погуляем по Этему, полюбуемся красотами технологий. Узнаем, где капсулы. И если отряд не захочет нас спасать, то смоемся на капсулах без них.
— Почему ты думаешь, что нас не будут спасать? — подала голос Светлана.
— Там моя мать, — я скривилась, — она точно видит весь потенциал Нам'ари. Думаю, ей захочется остаться подольше и всё тут изучить. На Станции люди в целом очень... не очень. Впрочем, это не важно. Мы справимся сами, — я пытливо посмотрела на капитана: — Ну же, Кан, — и применила последний козырь, — вновь увидим Чевон.
Он дёрнулся, избегая сталкивать со мной взглядом. Я знала, что Кан не сможет отказаться от возможности ещё раз столкнуться с предательницей, которая, казалось, стала частью нашей маленькой семьи.
В голове Кана крутились шестерёнки, он задал последний тормозящий нас вопрос:
— А Адам и Сьюзан?
— Когда будем в космосе, сможем обрисовать ситуацию тем, кого сюда отправим. Они вытащат Адама и Сьюзан без лишнего шума.
— И никому не доложат?
— Попрошу отца. Он не доложит.
Спрашивать никто не стал. Но я видела, что Алааран спросит позже. Это было в его стиле: запомнить малозначительный факт, чтобы потом раскрутить его и разобрать мою личность на части.
Решение было принято. Мы идём в Этем. Я, Кан и Светлана. Сьюзан останется по понятным причинам. А Адам спустится под землю и станет нашим связным.
Нас будет сопровождать Алааран. Это не обсуждалось и стало чем-то само собой разумеющимся. Кто ещё будет? Не знаю.
Это мирное шествие, но оставлять пистолет отказались и я, и Кан. Помимо Нам'ари я встречу любимую мамочку, от которой тоже подсознательно хотелось защищаться.
Едва ли привыкнув к старой Кэсне, мне приходилось заново учить повороты и закутки. Теперь мы были пещерными людьми совершенно буквально. И без света ориентироваться оказалось проблематично. Одновременно с этим выяснилось, что у местных жителей зрение лучше, чем у людей. Во тьме как днём не видят, конечно, но в стены хотя бы не врезается. Новость объяснила причину такой малой освещённости.
Мы выдвинулись на рассвете. Когда безлунная ночь чуть отступила и местный аналог солнца позволил людям смотреть перед собой и по сторонам. Светлана в основном молчала, игнорируя окружение. Она пребывала где-то в своём мире, неизвестно о чём думая. Единожды я пыталась её окликнуть, но врачея не обратила на меня внимание. Поэтому я оставила её.
С нами пошли Ялла и Шад. Мы собрали крепкий отряд, где каждый друг другу доверял. Алааран специально взял с собой тех, с кем люди успели сблизиться больше всего. Ялла и Кан, как две стороны одного обоюдоострого меча, ощущались единым целым в лесу. За месяц они сработались, перенимая привычки друг друга. Ялла передвигалась в основном по верху, невидимая обычному глазу. Но Кан всегда знал, где она, вторя её шагу по земле. Я невольно восхищалась их опасным дуэтом.
Шад тактично присматривал за Светланой. Девушка была невнимательной, потому помощь ей требовалась. В какой-то момент я засомневалась, стоило ли брать Лану с собой, но вскоре эту мысль отбросила. Мы команда. Светлане полезно увидеть Этем.
Алаанар шёл рядом со мной. Мы негласно разбились на пары «человек и пришелец». То ли для безопасности, то ли для эффективности. Поскольку Алааран прекрасно знал расположение Этема, а мы ещё на всякий случай спустились на второй этаж и посмотрели по картам, шли уверенно и не боясь слежки. Когда отошли от Кэсны достаточно, чтобы не выдать её, смогли расслабиться. Я всё ещё ходила громко. Мне не постеснялись напомнить об этом. Кроме меня «громко» ещё ходила и Светлана, но она пропустила комментарий мимо ушей. Как и всё сейчас.
— Почему не сказала?
Я обернулась на Алаарана, вопросительно приподнимая одну бровь.