Внезапно луч фонаря выхватил из темноты знакомые очертания. Турникеты. Они стояли, как немые стражи. Рядом находилась будка контролера. Внутри никого не было. Стекло разбито.
Том продвигался вперед, работая ластами очень осторожно, чтобы не поднимать со дна еще больше мути. Ковальски шел следом, держась за его поясной трос.
Они выплыли на платформу. И здесь Том увидел их.
Сначала это казалось просто мусором. Какие-то тюки, одежда, пакеты, дрейфующие в толще воды. Но потом течение немного развернуло один из «тюков», и в луче света блеснули пуговицы пальто. А затем, лицо.
Это была женщина. Она парила в полуметре от кафельного пола, раскинув руки, словно пыталась обнять кого-то невидимого. Её длинные волосы, распущенные водой, создавали вокруг головы ореол, похожий на водоросли. Глаза были открыты. Из-за воздействия нейтронов белки помутнели, став молочно-белыми, но выражение лица осталось пугающе спокойным. Никакой гримасы ужаса. Она просто… выключилась. Смерть настигла её раньше, чем вода.
Том почувствовал, как к горлу подкатил ком. Он видел утопленников. Сотни раз. Раздутых, синих, объеденных рыбами. Но эти… Эти выглядели так, словно они просто задержали дыхание. Будто бы это была какая-то чудовищная инсталляция в музее восковых фигур.
Он отвел луч в сторону. Еще один. Мужчина в деловом костюме. Его галстук плавал вертикально вверх. Подросток в наушниках, провод от которых уходил куда-то в темноту, привязывая тело к перилам.
Жест: Вагнер поднял кулак, затем указал двумя пальцами на глаза, потом в сторону путей.
«Внимание. Смотри туда».
Ковальски посветил своим фонарем. Луч дрожал.
На путях лежал искореженный состав поезда № 442. Первый вагон превратился в смятую гармошку, результат удара о завал туннеля. Металл был разорван, как бумага. Но следующие вагоны… они стояли почти целые, только сошедшие с рельсов и накренившиеся под углом сорок пять градусов.
Двери были закрыты.
Том подплыл к третьему вагону. Он ухватился за поручень снаружи, чувствуя вибрацию от работы далеких насосов, которые пытались, но не могли откачать этот океан. Он поднес фонарь к стеклу двери.
Внутри вагона была вода. Она заполнила его до самого потолка. И внутри… внутри было месиво.
Люди. Десятки людей. В момент катастрофы, когда погас свет и хлынула вода, они, вероятно, еще были живы. Те, кого не убил импульс сразу. Они бросились к дверям. Они давили друг друга.
Луч фонаря скользнул по стеклу с той стороны. К нему было прижато лицо ребенка. Маленькая ладошка застыла на стекле в вечном жесте мольбы. Рядом, лицо старика. Чья-то спина в джинсовой куртке. Они сбились в плотную массу у выхода, заблокировав сами себя телами.
Вагнер отшатнулся. Даже через толстый неопрен и годы цинизма это пробило его броню. Он слышал собственное дыхание, хриплое, рваное. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Господи, они же там как шпроты в банке.
Ковальски подплыл ближе. Увидел то же самое. Парень дернулся. Его чуть ли не начало рвать прямо в загубник. Пузыри воздуха хаотично рванулись вверх.
Том среагировал мгновенно. Он схватил напарника за плечи, жестко встряхнул.
Жест: ребро ладони к горлу, затем ладонь на грудь напарника, движение «вдох-выдох» руками.
«Прекрати! Успокойся! Дыши!»
Если Ковальски сейчас запаникует и выплюнет регулятор, он труп. На этой глубине, в этой грязи, Том его не вытащит.
Парень зажмурился, судорожно глотая воздух. Через минуту он открыл глаза и кивнул. В его взгляде больше не было страха. Только пустая, черная бездна. Он сломался, но продолжал функционировать.
Том повернулся обратно к вагону. Нужно было проверить, можно ли открыть двери снаружи. Это была их задача. Оценка возможности извлечения. Не спасения. Извлечения.
Он достал монтировку, закрепленную на бедре. Загнал плоский конец в щель между створками дверей. Уперся ногами в борт вагона. Металл скрипнул, звук передался через воду глухой вибрацией.
Двери поддались. Сначала на сантиметр. Потом шире.
Из вагона, подчиняясь течению, медленно выплыла рука. Женская рука с тонкими пальцами, на безымянном, обручальное кольцо. Она словно приглашала их войти. За ней показалось плечо, волосы… Тело женщины медленно, вращаясь в невесомости, покинуло свою стальную могилу и зависло рядом с Томом.
Он поймал её за ремень сумки, которая все еще висела через плечо. Тело оказалось тяжелым. Он посмотрел на её лицо. Молодая. На шее следы синяков, видимо, её прижали в давке. Но убила её вода. Или нейтроны. Теперь уже неважно.