На следующее утро, в десять часов, он включил телевизионный православный канал и смотрел, сидя на стуле, Божественную Литургию со службы Покрова Божьей Матери. На чтение Евангелия, Херувимской, Символ Веры, Благодарение, Отче Наш, Святая Святых он даже смог встать. Служба закончилась. Алексей выключил телевизор. Посмотрел на иконы. Он теперь понял, какое главное лекарство от ковид и кто его вылечил. Это теперь его лекарство. Кто-то выздоравливает от врачей и таблеток, а кто-то от прочитанного акафиста. Как Бог даст.
Детские слёзы
Алексей опять уже целый год работал учителем физической культуры. Ведь он хотел завязать с этой профессией, которой отдал много лет своей жизни. Устраивался он в эту школу на должность руководителя и тренера стрелкового клуба по двум причинам. Первая — Алексей знал, что профессии учитель и тренер по нервному напряжению отличаются друг от друга. Учитель учит всех детей без разбора, хотят они этого или нет, хорошие они или плохие. А тренер — только тех, которые, осознано сделав выбор, пришли к нему заниматься. Тренер может в любой момент плохих воспитанников отчислить. А в школе ты плохих учеников не отчислишь. Будешь маяться с ними до 11-го класса. Поэтому на этой должности Алексей решил отдохнуть. А во-вторых, Алексей был толстым. Он считал, что любой учитель может быть толстым.
По любому предмету, но только не по физкультуре. Толстым он был потому, что был склонен к полноте и любил поесть. И не просто поесть, а вкусно поесть. А вдобавок он любил готовить и готовил вкусно. Ничто и никто его не могли свернуть с этого пути. Ни уговоры родных и близких. Ни критика друзей и сослуживцев.
Однако с тренерской работой у Алексея не получалось. Неожиданно, прямо перед первым сентября, из школы ушёл учитель физической культуры, и директор попросила его временно поработать в этой должности. Это «временно» затянулось уже на год. Уроки физкультуры детям нравились. Алексей был человек добрый и весёлый. Уроки у него тоже были добрыми и весёлыми. Он не делил детей на «спортивных» и «неспортивных». Проводил эстафеты, подвижные и спортивные игры. Победителям вручал сладкие призы, купленные за свои деньги. Объяснял значение физкультуры для жизни. Ставил оценки за работу на уроке, а не за выполнение норматива. Поэтому дети на уроке у него получали, в основном, пятёрки. А кому такие уроки не понравятся?
А сейчас Алексей дежурил на перемене в проёме узкого школьного коридора. Ученики сновали туда — сюда, и его задача состояла в том, чтобы они пропускали друг друга и не сталкивались. Он прислонился к косяку входной двери в спортивный зал и смотрел на майское голубое небо. Рядом остановилась девочка из пятого класса, Настя. Она была самая маленькая среди пятиклашек. Чтобы казаться повыше, она делала на голове большие банты и была похожа на красивую, маленькую куклу. Настя, напряжённо всматриваясь в Алексея, вдруг заплакала. Плакала она беззвучно.
Просто большие слёзы катились у неё из глаз.
— Ты что, Настя, тебе плохо? — встревожено спросил Алексей.
— Вы скоро умрёте, — продолжая смотреть на него сквозь слёзы, ответила девочка.
— Почему же я должен умереть?
— У вас синие губы. Моя мама — врач. Она говорит, что если у толстого человека синие губы, то он скоро умрёт, — произнесла Настя, еще сильнее заплакав.
Алексей решил всё превратить в шутку:
— Ну и что. Умру я, и дадут вам нового учителя — молодого, красивого, стройного.
Не надо было этого говорить. Настя начала сильнее плакать, говоря сквозь:
— Не хочу нового! У меня есть уже учитель — это Вы. Я до вас четыре года не ходила на физкультуру.
Справку всем показывала, а к вам хожу, и справку спрятала, потому что мне нравится.
И она заревела ещё сильнее. Алексей был в шоке. Из-за его полноты плачет ребёнок. Он кому-то так нужен в этой жизни, что льются детские слёзы. Вот это оценка его работы. Не хватало, чтобы ещё завуч увидела плачущего ребёнка возле него. Разбираться не будут. Скажут: «Виноват учитель, довёл ребёнка до слёз». Еле успокоил Алексей Настю. Дал ей конфету и сказал, что он очень постарается, будет стройным, и Настя плакать больше не будет. Настя ушла.
Алексей выдохнул с облегчением. Зря выдохнул. На следующий день, после уроков, Настя пришла с мамой — врачом эндокринологом. Мамаша налетела на Алексея коршуном:
— Моя единственная дочь пришла домой из-за Вас вся в слезах, заплаканная и расстроенная. Весь вечер просила меня вылечить Вас. Так что предлагаю Вам консультации по сбросу лишнего веса. Я работаю в платной клинике, мои консультации стоят дорого, но ради спокойствия моей дочери для Вас они будут бесплатны. Буду вас консультировать в мае и в летние каникулы. Постарайтесь выполнить все мои рекомендации. Вы же не хотите постоянно видеть слёзы моей дочери?