Может, ещё удастся хотя бы Юлиану вытолкнуть из болота дерьма, в которое я прыгнул с разбега. Нину же нужно переправить за океан и дать ей новую жизнь: имя, фамилию, профессию, цвет волос… всё! Иначе найдут и утопят. Эту жизнь я ей испоганил. Руслан предупреждал, гори он в Аду.
– Не дёргайся! – гаркнул я охраннику, сползшему с лестницы на первый этаж и проходя мимо него. – Моя курочка склеила лапки, поэтому если у твоего хозяина петуха есть жена, скажи ей, пускай миллион готовит! А не будет денег, кончу его через три дня. В газете объявление дадите.
Наплетя чуши о выкупе, я вышел на улицу. Уложил Владислава на заднее сидение «вольво». Подмигнул остолбеневшей полной женщине, застывшей у калитки соседского дома. Сказал ей громко: «Звоните в полицию и медикам, я тут поубивал тех, кто трахал мою жену!», сел за руль и погнал из коттеджного посёлка. Затормозив у своей «тойоты», перегрузил в неё Владислава, «вольво» поджёг и поехал к моему проклятому мосту. Соблюдая скоростной режим, я на ходу снял балаклаву, перчатки, разгрузку, положил их в сумку. Скинул бронежилет, кое-как натянул куртку на себя и, борясь с увеличивающейся слабостью и болью, крепче сжал руль.
Когда я свернул на заветную грунтовую дорогу, уже вечерело, багряное солнце проплавляло свинцовые волны облаков. Владислав глухо стонал и без сознания бредил: «Не ты. Запомни. Не ты. Виноват я. Нет. Нет. Забудь. Серж, убью. Не ты. Тише-тише». Меня радовало, что он ещё дышал, хотя и недолго ему оставалось страдать на земле. Я питал скромную надежду успеть выпытать у него правду о случившемся с Людмилой и обманом вытащить ниточку к Николь.
Мне ужасно хотелось услышать голос Нины. Но протянуть руку к бардачку и взять из него выключенный мобильник сейчас было бы ошибкой. Нет, на данную минуту засветить его в сети не значило попасться полиции, которая непременно проверяет все номера, что оказывались в зоне совершения громких преступлений. Нина сказала бы, как у неё дела, спросила о моих… я бы не устоял прошептать «люблю», а Смерть не имеет права на это чувство. Как тогда пытать Владислава и добить его?.. Как своим ослабленным голосом не выдать, что больно?.. Как удержать в себе тьму и не пропасть в свете?.. Как спасти тогда любимую?.. Свою уберечь душу…
Повернув напрямую к мосту, я ощутил вместо тёплой крови в венах лёд.
Впереди стояло такси. На мосту была девушка с букетом белых роз.
Моё сердце рухнуло в бездну. Там у пропасти Леты стояла Нина. Она смотрела в черноту вялотекущей воды.
Ужас попытался оплести меня цепями, сковать, но разум взорвался бешенством.
– Я не потеряю тебя! Нет! – проорал я, давя на газ и ударив по клаксону.
Нина дёрнулась и, повернув голову, встретилась со мной взглядом, побледнела.
Я затормозил. Выскочил из «тойоты», выхватил пистолет из кобуры и направил его дуло на позеленевшее полное лицо водителя такси.
– Убирайся отсюда! Проваливай! Мигом! – гаркнул я и выстрелил в воздух. Такси сорвалось с места, дымя и пыля грязью из-под стремительно вращающихся колёс. Я выронил пистолет. Хромая, держа руки полусогнутыми и раскрыв ладони, не спеша пошёл к Нине. – Не бойся. Не обижу тебя. Никогда. Никому не дам причинить тебе боль. Я люблю тебя. Не бойся.
Нина вздрогнула, часто заморгала.
– Господи, что с тобой случилось?.. Ты ранен. В крови, – она была в шоке и говорила так, словно не верила своим глазам, но заставляла себя верить, ломая волю пополам. Белые розы упали из её рук на мост. Прижимая ладони ко рту, Нина шагнула ко мне навстречу, зацепив букет ногой. И тот слетел в воду.
Тихий всплеск, и я обнял Нину. Начал горячо целовать её лицо, гладить волосы. Тонуть в её глазах.
– Всё хорошо. Только не бойся меня. Никогда, никогда не обижу тебя. Ты моя душа! Не дам тебе умереть. Никогда! Убью смерть! Убью всех! Ты будешь жить вечно всегда, сиять солнцем, моя душа! – крепко прижал её к себе. Сдержал в себе стон от резкой боли, будто сминающей рёбра и разрезающей позвоночник. Зашептал: – Прости. Не мог тебе сразу сказать, кто я. Прости. Не могу потерять тебя. Зачем же ты хотела умереть?.. зачем?.. почему?.. Не дам тебе, никогда не дам.
– Вик, о чём ты? Милый, я не понимаю. Что случилось? – её голос, как и она сама, задрожал.
– Ты хотела прыгнуть с моста. Кто сказал тебе о нём? – я строго посмотрел ей в глаза, сжимая её плечи.
– Что? Не понимаю… – Нина совершенно растерянно смотрела на меня. Коснулась моего лица. – Кто ты, Вик? Господи, кто?..
– Значит, никто тебя не надоумил прийти сюда и… – я отпустил её плечи. Отвёл взгляд от увлажнившихся зелёных глаз, в которых весна сменялась осенью. – Я убийца. Демон мести, что родился тут сотни и сотни лет назад. Вода там, – пошатываясь, отошёл к ветхим низким перилам, – эта тёмная глубина, даёт мне жизнь. Зачем ты тут, Нина? Почему?