Он словно встряхнул мой разум.
– Вызывать эвакуатор и такси, – повернувшись, ответил я. Пожав плечами, добавил: – Или запирайте её. Я подвезу вас. Высажу, где скажите. Оттуда уже вызовите эвакуатор. Всё равно её никто не угонит.
– У вас нет номера эвакуатора? И чтобы поближе отсюда он был, – она зябко обняла себя за плечи, облачённые в ветровку, и посмотрела в сторону города.
– Знаете, пока вы его дождётесь, то, возможно, действительно здесь познакомитесь с маньяком, – я криво улыбнулся. Открыл пассажирскую дверь. – Уже смеркается. Садитесь, можете меня на прицеле весь путь держать. А вашей машиной я потом займусь.
Девушка смущённо сказала: «Спасибо», взяла из «рено» сумку, поставила его на сигнализацию и устроилась в моём автомобиле. Я закрыл за ней дверь, быстро обошёл «тойоту» спереди и занял место за рулём. Перекинул назад кулёк с окровавленными салфетками.
– В нём мои грязные носки. Еду издалека, а ноги люблю держать в чистоте, – пояснил я с лёгкой полуулыбкой. Пристегнулся и, включив для фона радио, нажал на газ.
Девушка, зажав ладони между колен, начала смотреть в окно, скрыв тем самым от меня глаза. Затихла, словно боясь пошевелиться. Мне отчего-то это не понравилось, но причины я не ведал. Или, точнее, не хотел в данный момент её знать.
Её глаза. Что мне в них? Что за ними? Незнакомка привлекательна, но если попытаться воображением её раздеть, то она прекрасна, как первый луч солнца. Что такое тёплое струится от неё, что я ощущаю страх и желание? Бежать от неё или к ней, но бегу и бегу ли?.. Загадочное чувство. Красивую женщину хочется взять, а эту нежно обнять. Неужели я влюбляюсь? Так просто, без видимых причин? Так глупо. Я ли? Да, я. Руслан спит. Крепко и безмятежно. Но разве я могу любить? Почему её? Что в ней такого? В её глазах?..
– Меня Викентий зовут, – спустя некоторое время, неожиданно для себя сказал я, резко осознав, что не желаю высадить незнакомку и потерять её навсегда. Я хочу видеть её глаза чаще, чем ночь или день.
Она дёрнулась, выныривая из своих дум, точно окунаясь из горячей ванны в прорубь. Перевела на меня взгляд. Облизала губы.
– Нина, – скромно, но приветливо улыбнулась. – Большое вам спасибо, Викентий, за помощь.
– Можно пригласить вас сегодня на ужин? – сам того не желая, напрягся, крепко стиснул руль побелевшими пальцами. – Лишь ужин, – уточнил я. – Нина, вы ничем не обязаны мне.
– Можно, – робко ответила она и нервно затеребила прядь волос.
Я продиктовал номер своего телефона, который она записала в мобильник. Предложил перейти на «ты». Она, соглашаясь, кивнула.
– Позвони или напиши, если передумаешь или же куда за тобой подъехать. О своём автомобиле не переживай. Пришли адрес, куда его доставить и часам к десяти вечера он будет на месте, – к своему удивлению, я разнервничался, будто школьник на первом свидании по-взрослому. Стараясь это скрыть, принялся себя отвлекать поиском другой радиостанции.
– Хорошо.
Настроив волну на классическую музыку, я предложил Нине подвести её прямо к дому. Но она сказала, что ей необходимо пройтись по магазинам. Конечно, это был неловкий предлог для деликатного отказа. Очевидно, что Нина не желала меня обидеть, однако и относилась с осторожностью. Поступала вполне благоразумно. Поэтому, прикинувшись уверовавшим в шопинг в поздний час, я минут через десять высадил её на указанной улице. Желая приятных покупок, про себя отметил, что рядом находится автобусная остановка хорошо знакомого мне маршрута. Проводил взглядом неторопливо шагавшую к магазину парфюмерии Нину, дождался, когда она обернётся. Чуть улыбнулся и, махнув ей рукой, отправился в своё логово, находившееся на окраине города. Спустя полчаса я, проехав за высокий забор, оставил автомобиль перед гаражом и, пробежав по газону из грязно-жёлтой травы, поднялся по ступенькам в двухэтажный дом. Его внутренние стены не являлись гладкими и обклеенными современными обоями, они были отделаны декоративной штукатуркой с абразивными частицами и имели цвет мрамора. Под сводами куполообразного высокого потолка красовалась в тон лепнина, создающая имитацию арок. Включив свет в прихожей, пол которой был выложен лазоревой керамической плиткой и пройдя мимо зала, направился наверх, в душ. Стянув с себя грязную одежду, кинул её в угол и встал под струи прохладной воды.
– Душа. У неё она есть. А я лишь сущность – квинтэссенция людских надежд, боли, разочарования, страхов, капель радости, отчаяния, мольбы о самом важном. Как странно, – покачал головой и, взяв шампунь, намылил голову. – Грань, прочерченная мостом между мирами, и мрачная вода реки, насыщенная смертью, вдруг преподнесли мне нечто невинное и светлое! Я, порождение темноты, одарён лучом света! Нина… Судьба, зачем же ты направила её ко мне? Вручить мне из чёрных глубин мою новорождённую душу? Или отобрать жизнь моей сущности? – подставляя лицо тугим струям, я тихо засмеялся.