Вернулась Нина с немного растерянным выражением и застенчивой полуулыбкой на лице, обрамлённом влажными волосами.
– Ты всё тут?.. – тихо сказала она, пряча ладони в карманы белого махрового халата, который был ей прилично великоват, но привлекательности лишь добавлял ощущением, что вот-вот бабочка выпорхнет из кокона.
Я повёл плечами. Судорожно сглотнул, пожирая взглядом волка невинную овечку, хотя мне она больше напоминала пушистого кролика. Невероятно храброго, горячего и аппетитного.
– Мне тоже нравится любоваться пламенем, – Нина села рядом со мной. Поджала ноги и робко прижалась к моему плечу.
– Спасибо, что доверилась, – хрипло сказал я и обнял её, привлекая ближе.
Краснея, она на миг напряглась и тут же подалась ко мне, обняла, прижалась щекой к плечу.
– Пожалуйста.
– Я так долго искал свою душу, – прошептал я. Едва касаясь, поцеловал Нину в висок.
Она тронула мою ладонь. Я с грустью улыбнулся огню, потрескивающему поленьями.
Довольно быстро Нина уснула. Я опустошил бокал, бросил его в угол дивана, чтобы потянувшись к столику не побеспокоить мирно посапывающую у моей груди девушку. Ещё некоторое время посмаковав это счастливое чувство, я бережно поднял Нину на руки и отнёс в свою спальню. Уложил в постель, заботливо укрыл одеялом. Погладил по голове. Тихо сказал, что люблю и отправился в душ. Затем лёг в спальне для гостей.
В субботу утром, подав Нине завтрак в постель, я стал уговаривать её съездить вместе в магазин и купить ей одежду, аргументировав это тем, что моей гостье должно быть комфортно в моём доме. Она пыталась сопротивляться, но в итоге под напором моего обиженного взгляда, согласилась. После магазинов, разумеется, я продавил скромность Нины и одним торговым центром поход не ограничился. Со стороны, думаю, я выглядел капризным мальчишкой, таскающим любящую слабохарактерную маму по ярмарке от павильона к павильону. Однако это прихотливое чадо оплачивало все покупки. Нина попробовала заикнуться, что у неё достаточно денег, но я так сверкнул на неё глазами хищника, что ей осталось лишь поджать губы и наслаждаться шопингом. Удовлетворив мою страсть к транжирству на девушку, засыпавшую мне постель крошками печенья, что ей никогда не простится, хотя это я её щекотал, чтобы не смела дуться в ответ на мой грустный взгляд, мы пообедали в кафе. Потом я повёз Нину за город, в небольшой посёлок, где можно было прокатиться на лошадях. Её глаза сияли, скромность растворялась. В течение дня Нина раз в три часа созванивалась с братом. О чём они говорили, я не слышал. Каждый раз она отходила на пару метров в сторону. Возвращалась мрачная, задумчивая. Мне это не нравилось. При попытках выяснить причину, она упорно уходила от прямого ответа. Я решил не давить, отступить на время, прекрасно осознавая, что всё равно узнаю истину.
Руслан продолжал спать, но отчего-то начал раньше срока ворочаться, принося мне тем самым внутренний дискомфорт.
Вечер субботы я с Ниной провёл у камина, играя в шахматы и разговаривая на обо всём на свете. Мне открылись новые факты из её жизни. Узнал, что в юношестве Нина купалась в речке, заплыла далеко, как вдруг у неё свело судорогой ногу. Брат, находившейся на пляже, увидел, как она странно барахтается, и понял – ещё немного, и сестра камнем пойдёт на дно. Не будучи отличным пловцом, он кинулся её спасать. В шоковом состоянии она тянула его на дно. Оба сполна нахлебались воды, но брат сумел вытащить её на берег. Нина говорила о нём с нежностью, но в то же время с печалью, подобной ржавчине, разъедающей металл. Про отца она мало что рассказывала. Поведала лишь то, что у них довольно прохладные отношения, хотя знает, тот её безгранично любит, как и она его.
Выиграв очередную партию и тем самым заслужив поцелуй в щёку, я провёл Нину в свою спальню. Сам же отправился принять прохладный душ. Не вытираясь, зашёл в комнату, в которой провёл прошлую ночь и повалился в кровать. Скрипнув крепко стиснутыми зубами, обнял подушку, хотя всем своим естеством желал прижимать к себе Нину. Не заметил, как провалился в сон. Он был глубокий и без сновидений, лишь шёпот слышался в нём, но слов разобрать я не мог. Пробудил меня резкий громкий крик, который мог быть только из моей спальни. Распахнув глаза, я вскочил с постели и, быстро обмотав полотенцем бёдра, направился туда. Ворвался без стука, забыв о деликатности. В углу кровати, поджав колени к груди, сидела Нина и покачивалась. Увидев меня, нервно смахнула с испуганных глаз слёзы.