Он медленно помотал головой из стороны в сторону. Смерч поднялся к небу и исчез. Древнийка тронула Злату за предплечье:
– Пойдем.
Колдун неподвижно стоял. Казалось, он был ошарашен. Признаться, Злата не подозревала, какой мощью обладает древнийка. Ей всегда казалось, что ее способности состояли из умения летать, разговаривать со стрекозами и узнавать прошлое с помощью стеклянного сиропа.
Злата подняла пластину и в последний раз посмотрела на Вещего Дисмарха. Она увидела, как он вытащил из голенища сапога припрятанный нож, как размахнулся, целясь ей в область сердца. Хищно сверкнул металл, словно предвкушая радость от соприкосновения с человеческой плотью.
Как в медленном кино все дальше заходила за голову его рука, все глубже замахивалась. Сейчас Вещий Дисмарх метнет нож, и он полетит со свистом. Старая Альва услышит шипение воздуха, обернется, но будет уже поздно. Она ничем не поможет Злате.
Каким-то образом древнийка поняла, что происходит. Она оттолкнула Злату, и та отлетела далеко, удивляясь, откуда в старой женщине столько силы. В тот же миг нож вошел Старой Альве в спину.
Глава 32
Над покрытой корками землей мутными клубами летела пыль. Взвиваясь на холмы, она стекала по склонам вниз и неслась над равниной к одиноко маячившему серому валуну.
Возле него неподвижно лежала, широко раскинув в стороны руки, женская фигура. Скорбно вздымалось от ветра платье, ворошились выбившиеся из прически волосы.
Пыль добралась до валуна и беспорядочно закружилась над женщиной. Словно не находя себе места, она металась из стороны в сторону, столбом поднималась к небу и россыпью падала на землю.
Женщина не шевелилась.
Пыль поднялась над ней и сложилась в фигуру, похожую на гигантскую стрекозу. Несколько секунд насекомое неподвижно висело в воздухе, глядя круглыми глазами на женщину. Миг, и фигура рассыпалась, а на ее месте закрутилось пыльное облако.
Словно стая птиц, оно менялось в очертаниях, становилось похожим то на овал, то на разорванный круг, то на ломаную геометрическую фигуру.
Ветер разносил пылинки в разные стороны, но они упрямо притягивались друг к другу: где-то плотнее, а где-то реже.
Вот пыль снова воспарила, и в воздухе выросла объемная фигура, похожая на сложенные в молитве руки. Они выглядели так, словно кто-то нарисовал их простым карандашом. Тонкие пальцы и ладони прижимались друг к другу, хорошо просматривались каждая жилка, сустав и ноготь. Пальцы трепетали, словно дрожали от напряжения.
Молящие руки повисели над женщиной, взмыли ввысь и исчезли в небесах.
Злата стояла на пригорке и смотрела вниз. Она видела и стрекозу, и молящие руки. Она узнала в лежавшей женщине Старую Альву.
С трудом сохраняя равновесие, Злата сбежала с холма по крутой тропинке и приблизилась к серому валуну. Платок у древнийки съехал с головы, волосы выбились из прически. Злата заметила набухшие вены на ее руках, отметила неестественно синеватый цвет кожи.
Кровь пропитала платье в месте раны. Ножа в ней не было. Он исчез вместе с Вещим Дисмархом.
Жива ли Старая Альва? Злата перевернула ее на спину, вглядываясь в лицо. Веки были плотно закрыты, на щеке чернели прилипшие кусочки земли. Лицо выглядело неподвижно, но грудь еле заметно вздымалась и опадала.
Древнийка еще дышала, хоть это давалось ей с трудом.
Злата протянула к небу руки и попросила у него влить в них столько энергии, сколько оно могло дать. Почувствовав жжение в кончиках пальцев, Злата поняла, что небо откликнулось. Она растерла ладони, согревая, и положила их на голову Старой Альвы. Тепло рук потекло от головы древнийки к сердцу, наполняя жизнью.
Старая Альва закашлялась и открыла глаза. Слабая улыбка озарила ее лицо. Злата улыбнулась в ответ, разглядывая землисто-серое лицо и глубоко запавшие глаза. Такой больной Злата никогда ее не видела.
Старая Альва заговорила так тихо, что пришлось наклониться к ее губам:
– Все же достал он меня, – еле слышно прошептала Старая Альва. – А я думала, что он никогда не осмелится. – В груди у нее захрипело, и древнийка закашлялась. Из уголка рта потекла тоненькая струйка крови.
– Не говорите, молчите, – остановила ее Злата. – Не теряйте силы. Сейчас я помогу вам.