– Мой дедушка был когда-то писарем в совете асамов. – Заговорила Аннета. – Сейчас писари не нужны, эльфы пользуются листофонами. Он сам записывает слова в книги, когда диктуешь. Никакой писарь не нужен. Все сразу чисто и правильно.
Злата подумала о Колобке. Его книги тоже сами записывали слова, которые он хотел. Это и были листофоны? Но Колобок не принадлежал к высшим эльфом и не был их потомком. Как к нему попали листофоны?
Аннета вывела Злату из раздумий, продолжая говорить:
– Сейчас появилось много разных новых приборов. Жителей страны они не радуют – из-за них многие не могут найти работу. Выращивать овощи и скот – занятие ненадежное. В последние несколько лет бушует засуха. Фруктовые деревья не плодят, скот гибнет. Но правителю все равно, он не снижает налоги. До чего дошло! На последние деньги крестьяне покупают на рынке масло, яйца, молоко, шерсть и мясо, и сдают за налоги.
– Чего я не понимаю, – задумчиво сказала Злата. – Так это зачем тебе работать на эльфов, если ты сама стала эльфом? Ты же научилась повелевать эккремокарпусом?
– Все не так просто. – Вздохнула Аннета, крутя в руке прутик. – В школе нас обманывали, когда говорили, что если мы выучимся, то попадем на верхний этаж и вольемся в ряды эльфов. На самом деле, пробиться к ним почти невозможно. Высшими эльфами становятся только дети высших эльфов. Да, я попала на верхний этаж, но лишь как прислуга. – она отмахнулась рукой, словно отгребая воздух в сторону, и вздохнула. – Расскажи лучше о себе, как ты сюда попала? Помнится, тебя исключили из школы, как полностью лишенную способностей, а сейчас ты – важная гостья.
– Я стала златницей, – неохотно ответила Злата.
– Златницей? – взвизгнула Аннета. – Разве такое возможно?
– Ты знаешь, кто такие златники? – пришла очередь удивиться Злате.
– Конечно. Любой ребенок нашей страны знает, только об этом запрещают говорить. – Кивнула Аннета. – По сути златник, – это лекарь, но не совсем обычный. Он не может лечить по приказанию. Он лечит, – Аннета приложила руку к левой грудине Златы, – по велению сердца. К златникам идут лечиться простые люди, и они никому не отказывают. К ним даже больные звери идут.
– А почему о них запрещено говорить?
– Наверное, высший асам не хочет, чтобы такой сильный лекарь лечил еще кого-то, кроме него, – Аннета казалась смущенной.
– А почему ты ничего не рассказывала мне о них в школе?
– Разве я знала, что ты станешь златницей? Сама ты не спрашивала, я и не говорила. – Объяснила Аннета.
– Если бы ты рассказала мне о златниках в школе, я могла бы стать ею гораздо раньше.
– Видимо, в школе время еще не пришло. Оно само знает, что и когда должно произойти. – Мудро изрекла Аннета. – Бывает, ждешь, ждешь чего-то и не получаешь. Забудешь, и оно наконец-то приходит.
– По-твоему, я хотела стать златницей? Вот прямо мечтала, ночами не спала! – Злата сердито схватилась за ветку, желая сломать ее, и ойкнула, наткнувшись на острый шип. Она прижала палец к губам и слизнула капельку крови.
Аннета взяла ее за ладонь и подула на палец.
– Ты не знаешь, что будет дальше. Может быть, ты стала златницей, чтобы сделать что-то особенное в жизни.
Злата подумала о возможности снова попасть домой, в мир людей. Снова зажглась надежда, давно погасшая – она вернется домой!
– Легенды о златниках давно живут в памяти снувийцев и других народов Альвии. – продолжала говорить Аннета, не заметив, как у Златы загорелись глаза. – В них говорится, что придет златник из чужого мира. Я знаю, что ты из чужого мира, ведь так?
Аннета уставилась на Злату с напряженным вниманием.
– Ты прекрасно знаешь, что да. – Пробормотала Злата, вынырнув из мечтаний.