Злата откинула крышку у сундука. В нос ударил запах нафталина. Злата помнила его запах, такой же специфический аромат доносился из шкафа ее бабушки.
Порылась в сундуке и достала куски белой ткани. Ткань и мягкий каравай положила в заплечную котомку, которая висела здесь же на самодельной деревянной вешалке.
Девочка увидела хлеб и захныкала. Злата отломила кусок. Девчонка зажала его в кулачке и стала мусолить.
Злата огляделась. Больше здесь делать было нечего. Она взяла девочку на руки и вышла на улицу. Лицо обдало теплым воздухом.
Клатч приветствовал их довольным хлопаньем крыльев, даже пару раз курлыкнул.
– Ну и чему ты радуешься? Нужно найти ее родителей, настоящих или приемных, – сообщила ему Злата.
Клатч сердито щелкнул клювом и встопорщил перья на голове. Похоже, такое предложение ему не понравилось. Злата удивилась:
– Что такое? Ты хочешь сказать, что у нее никого нет? Что я должна взять ее на воспитание?
Перья на голове улеглись, и орел в знак согласия наклонил вперед голову.
– Но я не умею управляться с маленькими детьми, – возразила Злата. – Ей нужна бутылочка с соской, памперсы, коляска, наконец, влажные салфетки. Ничего этого нет!
Орел щелкнул клювом, взмахнул крыльями и пару раз переступил лапами.
– Я тебя поняла, – отозвалась она. – Тебе легко говорить, что как-нибудь справлюсь; не тебе же придется с ней нянчиться.
Орел снова хлопнул крыльями, словно подбадривая. Злата задумалась. Когда она только-только попала в Альвию, Старая Альва говорила, что путь домой откроется, если Злата найдет друга. Значит ли это, что девочка и есть тот друг, которого недостает? Так это, или нет, все равно ребенка нельзя было оставлять одного в пустом доме.
– Хорошо. Я возьму девочку с собой. «Но за это ты покажешь мне дорогу домой», – сказала Злата, и орел поспешно расправил крылья, готовый взлететь. Злата выставила палец вперед. – Нет-нет, не спеши. Ты покажешь мне дорогу в мир людей.
Орел раскрыл клюв, словно собрался клюнуть. Она погрозила ему пальцем:
– Это ты меня сюда позвал, а не я тебя.
Желтые глаза не мигая уставились на Злату, и она выдержала их взгляд. Клатч пару раз щелкнул клювом и хлопнул крыльями. Сделка состоялась.
Глава 36
Колобок с радостью схватил девчушку на руки и подкинул вверх. Она завизжала от страха и удовольствия, засмеялась и что-то залопотала. Он еще раз подкинул ее и спросил:
– А где ее родители?
Злата пожала плечами.
Колобок нахмурился:
– Мать придет, а ребенок исчез. Верни его обратно.
Злата мотнула головой.
– У нее нет матери. Она не придет, иначе Клатч не заставил бы меня заботиться о девочке.
– Клатч заставил? – присвистнул Колобок, разглядывая орла, который сидел на карликовой березке, сгибая ее своим весом чуть ли не до земли.
Появление Златы с ребенком и гигантской птицей нарушило спокойную жизнь этого дома. Лепестки на цветах и листочки на березке трепетали, словно возле них непрерывно крутился невидимый вентилятор, а травы колыхались, будто разговаривали друг с другом. Колобок суетился, не зная, куда усадить и чем угостить гостей.
Маленьких птичек в саду явно напугал орел. Они попрятались, кто куда, и затихли. Их клювы осторожно выглядывали то из-под черепичной крыши, то из-за поленницы с дровами. Пара птичек забилась в дом, а другие затерялись в зарослях колючих кустов. Сам Клатч не обращал на них никакого внимания.
Непривычно смотрелись пустые стены дома. Обычно на них сидели стрекозы разных расцветок и размеров. Похоже, они покинули дом, как только погибла Старая Альва. Осталась лишь маленькая Юла.
– Не понимаю, что происходит, – пожаловался Колобок. – Родители бросат детей, стрекозы исчезли, и Альва куда-то пропала. Уже два дня, как не приходила домой. Может, она тебе говорила, куда отправилась? Я спрашивал у книг, но они молчат, а страницы почему-то потемнели. Мне это не нравится.