– И как ты попал сюда? – пробормотала она и пошла дальше. Через несколько шагов она обернулась. Орел следил за ней. Видимо, он забыл про обиду, даже вытянул шею вперед и просвистел, мол, давай скорее, я жду.
Давно Злата не была в школе: с тех самых пор, как ее исключили. Все также торжественно возвышались ее стены, и также украшал округу мраморный сад. Тишина и покой царили вокруг – учеников отпустили на каникулы. Злата знала, что Матвеевна жила и работала в школе.
Она направилась к дверям, намереваясь найти ее внутри школы, но Матвеевна сама вышла навстречу, словно почувствовала, что ее ищут. Она подслеповато прищурилась, увидев Злату, затем узнала ее и радостно улыбнулась:
– Неужто Оксана? Выросла-то как! Снова стала прежней. Дай-ка, я лучше огляжу тебя. – Она прокрутила ее перед собой, заботливо расправляя складки на платье. – Такой красавице надо хорошего мужа. Пришла повидаться?
– Да, но не только. Наконец-то я могу выполнить обещание. – Злата сделала паузу, желая подчеркнуть значимость сказанных слов. – Готовьтесь, завтра мы уйдем отсюда.
В глазах Матвеевны вдруг метнулся испуг.
– Куда?
– Как куда? Домой. Вы же хотели.
– Ну, хотела, – как-то неопределенно протянула Матвеевна, – только это когда было? Столько воды утекло.
– Разве что-то изменилось?
Матвеевна не ответила. Злата не отставала.
– Неужели передумали? А как же Адочка?
Матвеевна расжала губы и нехотя ответила:
– У Адочки есть сын, не пропадет она без меня. А у меня никого там нет, никто обо мне не позаботится. Я ведь придумала, что Адочка голодала. Вбила себе в голову, что сын к ней приходил лишь за деньгами. Неправда это. Просто мне хотелось быть кому-то нужной. Здесь я нужна. Если уйду, Лей останется один.
– Лей здесь каким боком? – удивилась Злата.
Лицо Матвеевны вдруг заалело.
– Вы собрались пожениться? – догадалась Злата.
Матвеевна потупила глаза и прошептала:
– Не то, чтобы пожениться. Он предложение мне не сделал. Хотя, впрочем, если он… то я… очень даже не против.
Она смущенно улыбнулась и замолчала, глядя за спину Златы. Щеки ее вспыхнули, а глаза заблестели. Злата обернулась. Возле бассейна стоял безобидный старик с редкими кустистыми бровями. Вытягивая тонкую шею, кого-то высматривал.
– Магистр Лей. – Узнала его Злата.
– Сейчас иду, – крикнула Матвеевна и помахала рукой.
Его светлые глаза озарила радость, и он кивнул в ответ: мол, не спеши, я подожду.
Почему раньше Злате казалось, что у Матвеевны темные глаза? Они у нее оказались голубовато-зеленые. И форма лица вовсе не квадратная, а круглая. Раньше стрижка под горшок делала ее голову квадратной. И губы у нее тоже нормальные. Просто Матвеевна всегда выпячивала вперед нижнюю губу. Здесь она стала другой. Вместо дурацкой самосвязанной поблекшей беретки на волосах появилась кокетливая шляпка из газа с прозрачным бантом на боку. Неизменная темная юбка и полосатая трикотажная кофта уступили место легкой блузке и узорчатой юбке. Исчезли плотные чулки, плетенки надевались на босу ногу. Матвеевна помолодела и посвежела. Перестала ворчать и больше улыбалась. Злата думала, что теплый климат и физическая работа пошли ей на пользу, а оказалось… Так вот почему она изменилась! Неужели влюбилась?
– Словом, никуда я не пойду, – продолжила Матвеевна, – останусь здесь. Лей сделал меня своей помощницей по хозяйственной части.
– Что-то я ничего своей головой не понимаю: зачем ему помощница? – спросила сбитая с толку Злата. – Чем вы будете ему помогать? Ручку подносить?
– Ой, ты же ничего не знаешь! – всплеснула руками Матвеевна. Она наклонилась к Злате и доверительно зашептала. – У нас новости одна за другой. Дегиуса Важного сняли с директоров, а вместо него поставили Лея. Выходит, что ежели что, то я…– неожиданно Матвеевна зарделась, опустила глаза и затеребила круглую пуговку на блузке. – Буду женой директора.