Вещий Дисмарх вымыл руки в чаше с водой, вытер мягким полотенцем и, не торопясь, направился в замок.
В библиотеке на диване сидела женщина, закутанная с головы до ног в темное покрывало. По ярко блестевшим черным глазам можно было определить, что она молодая. Увидев Вещего Дисмарха, она ничем не выдала волнения или беспокойства; похоже, они не первый раз встречались и общались на равных.
– Можешь снять покрывало, мы здесь одни, – сказал он, едва вошел внутрь. – Раписа ты знаешь, как и он тебя. Какое вино предпочитаешь? Красное, розовое, золотистое?
Рапис стоял рядом, ожидая ответа. Женщина сбросила покрывало и подняла узкое лицо с тонкими капризными губами и длинным прямым носом:
– Я не за этим сюда пришла.
– Конечно, Кларисса, не за этим. – Согласился Вещий Дисмарх, внимательно разглядывая ее фигуру в длинном черном платье с наглухо застегнутым воротником. – Ты пришла сюда, потому что я приказал.
Женщине не понравились его последние слова, и она нахмурилась.
Вещий Дисмарх выразительно посмотрел на Раписа. Тот открыл темную бутылку и налил в бокалы красного вина. Один подал Вещему Дисмарху, а другой предложил гостье. Она не стала отказываться: обхватила бокал, жеманно отставив мизинец в сторону, откинулась на спинку дивана и проворчала:
– Знаешь же, что не смогу отказаться от твоего вина. Все, кто хоть раз попробовал, снова захотят почувствовать его вкус.
Вещий Дисмарх еле уловимо улыбнулся:
– Если бы не это монашеское платье и строгая прическа, то в ответ на твой комплимент я бы сказал, что ты хорошо выглядишь.
Она презрительно скривила губы:
– Думаешь, оно мне нравится? Я вынуждена была так одеться, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания.
– Я вижу, что тебе до сих пор не безразлично, как ты выглядишь. – Ответил он, разглядывая блеснувшее колье у нее на шее и брошь из белого золота с бриллиантами на лифе платья. – Я уже сбился со счета, сколько раз ты ходила на обряды омоложения.
Глаза Клариссы злобно сверкнули, и она приоткрыла рот, обнажив белые зубы так, словно хотела укусить Вещего Дисмарха. Он усмехнулся:
– Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня, не спрашивая, зачем это надо.
Она молча уставилась на него, словно гадая, в чем заключается дело, и кивнула в ответ. Вещий Дисмарх знал, что может попросить ее о чем угодно, и она не откажет. Когда-то, еще в молодости, Кларисса была его любовницей; также она являлась и его гордостью – именно он открыл ее колдовские способности. Он сам учил ее ведьмовскому колдовству. Он купил ей у кромки леса небольшой домик и раза два или три в месяц навещал ее, а потом сосватал за одного торговца в городе. К счастью для Клариссы, муж прожил недолго, и она осталась вдовой с довольно-таки приличным состоянием и хорошей репутацией. Она открыла в городе лавку по продаже лекарственных препаратов, трав и снадобий для кожи и волос. Попутно проводила процедуры для улучшения кожи, делая массажи и ванночки с применением трав и колдовства. Лавка пользовалась спросом, к услугам умелой хозяйки обращались обеспеченные клиентки из разных слоев населения, включая женщин высших эльфов. Покупая крема и лосьоны, покупательницы часто выбалтывали, что происходит у хозяев в том или ином влиятельном доме. Кларисса, в свою очередь, передавала новости Вещему Дисмарху через Раписа, из-за чего он знал, что происходило в Альвии на высшем уровне. Иногда Кларисса забавы ради подрабатывала в школе эльфов, поэтому Вещий Дисмарх знал еще и о том, что происходило в школе эльфов.
– Зачем великому колдуну понадобилось меня увидеть? – глубоким голосом спросила она.
Он не торопился с ответом, смакуя вино. Оно перекатывалось в бокале рубиновыми волнами, испуская тонкий аромат. Вещий Дисмарх наблюдал за рябью на поверхности. Кларисса терпеливо ждала, когда он опустошит бокал.
– Убери одну девчонку подальше от высшего асама. – Наконец заговорил он.
Кларисса резко вскинула вверх голову.
– Уж не про Оксану ли ты говоришь? – спросила она.
Он чуть наклонил голову к плечу, соглашаясь.