Стражник нервничал рядом с гигантом – несколько раз вставлял в скважину ключ, но открыть дверь не мог. Руки его тряслись от страха, один раз ключи выскользнули из пальцев и с лязганьем упали на каменный пол.
Гиганту надоело ждать, он выхватил связку ключей и рявкнул:
– Отойди, сам открою!
– Конечно, конечно, возьмите, ваше начальство.
Злата узнала гиганта – это ему Вуслара приказала убить гиену. У Златы внутри все похолодело – взгляд маленьких глаз под густыми нависшими бровями не сулил ничего хорошего.
– Стой здесь. – Прогудел гигант стражнику и с трудом протиснулся через дверь.
Он остановился возле Златы. Она слышала его дыхание, но боялась посмотреть в глаза, чувствуя, как от морозного страха сжимается сердце.
Кое-как она заставила себя поднять глаза. Комната и так не отличалась размерами, а с гигантом казалась еще меньше.
Он улыбался, если можно было назвать улыбкой кривую усмешку, которая не только не добавляла привлекательности, а наоборот, делала его лицо безобразнее. Он уловил страх в ее глазах и осклабился.
– Боишьсиии, – глухо прохрипел он и обвел взглядом комнату.
В этот момент, как назло, сломанный стул упал. Злата вздрогнула. Человек-колода медленно повернул голову к источнику звука и протопал к стулу, звонко стуча подошвами сапог по каменным плитам. Видимо, в каблуки сапог были вделаны металлические пластины. Злате показалось, что пол и стены задрожали. Человек-колода протянул лапищу шириной с лопату и схватил стул. Провел пальцами по выемке, где не хватало ножки, и перевел взгляд на Злату. Она постаралась выглядеть как можно невиннее, несмотря на волну жара, которая прокатилась по спине.
Человек-колода без слов подошел к ней и легко вывернул из рук ножку. После этого прислонился к стене и стал смотреть на металлическую дверь с таким же вниманием, как Злата до его прихода. Изредка бросал взгляды на Злату, словно окатывал с головы до ног ледяной водой.
Они долго сидели в полном молчании, у Златы уже затекла шея. Снова послышались шаги. Дверь отворилась, и вошел эльф с хитрым лисьим лицом. Тот самый, что выступал против принятия ее в ряды высших эльфов. И хоть тогда он ей не понравился, сейчас она рада была видеть и его.
– Наконец-то! – Воскликнула Злата. – Хорошо, что вы пришли. Я не понимаю, почему меня притащили в это мерзкое место и держат взаперти. Скажите ему, – Злата кивнула в сторону человека-колоды, – чтобы меня отпустили.
– Конечно, конечно. – Улыбнулся Корфленд. Он отряхнул сиденье на стуле и сел. – Но сначала давайте проясним кое-что. Так, сущий пустячок. До совета эльфов дошли слухи, что вы хотели отравить высшего асама.
– Я хотела отравить высшего асама? Что за чушь? – подскочилаЗлата. Человек-колода мгновенно оказался рядом и положил тяжелую ладонь на ее плечо. Его рука убралась тотчас же, как только Злата села обратно. – Зачем я тогда его лечила? Чтобы отравить?
– Да-да, и правда, чушь. Оксаночка, вы даже представить не можете, сколько подобной ерунды я наслушался за семьсот лет и сколько навидался незаконных арестов.
Злата встала со стула и направилась к двери:
– Я рада, что все разрешилось, а то я уж было подумала, что… – она оборвала саму себя.
Перед ней непроходимой горой возвышался человек-колода. «Какая противная образина. – С отвращением подумала Злата, разглядывая его вывернутую нижнюю губу и пустые глаза. – Он еще смеет препятствовать мне». Вслух она сказала:
– Отойдите в сторону!
Человек-колода не пошевелился. Злата забеспокоилась. Что-то было не так. Судя по тому, как быстро он понял, что случилось со стулом, на идиота он не походил. Она посмотрела на хитрого лиса, который безмятежно улыбался.
– Корфленд, – попросила она, – прикажите этому человеку отойти от двери.
Улыбка исчезла с лица хитрого лиса, словно ее стерли стирательной резинкой, но сделали это так неаккуратно, что остатки ее все же остались. В частности, прищур глаз остался на месте.
– Мы с вами не прояснили пустячок. Вы не сказали, хотели или нет отравить высшего асама. – Пропел он.
– Я ответила, что мне незачем было его травить. – Ответила Злата, теряя терпение.