– Вы не понимаете, – слабо возразила Злата. – Меня накажут, если я не сдам молоко хозяевам.
Он критически оглядел телегу с бидонами, возле которой мирно стояли морда к морде Вороной с Лысым, словно разговаривали друг с другом, иногда отмахиваясь хвостами от слишком назойливых мух.
– Ваша работа возницей закончилась. За молоко не беспокойтесь, я разберусь с ним.
– Кто вы? – она послушно села в телегу, чувствуя, что еще немного, и упадет – ноги отказывались держать, словно она весила не шестьдесят килограммов, а раза в три больше.
Незнакомец легко вскочил в седло. Чмокнул губами, и вороной зацокал копытами. Держа одной рукой уздечку своего коня, а другой вожжи Лысого, незнакомец повернул его в сторону, откуда только что приехал.
[1]Пирофиты – водоросли, их ядовитые испарения действуют на нервную систему возбуждающе, как энергетики.
Глава 2. У высшего асама
Злата почти не смотрела на дорогу. Заметила лишь, что очень быстро дикие места сменились возделанными полями, на которых копошились фигуры альвийцев.
Повозка в сопровождении незнакомца вызвала среди них переполох. Альвийцы почтительно кланялись и уступали дорогу. Незнакомец проезжал мимо, не глядя; видимо, считал поклоны привычными.
Они выехали из широкой полосы деревьев, и Злата увидела величественный замок. Высокий шпиль почти упирался в небо, протыкая пушистые, словно вата, облака. Светло-серые стены высокомерно взирали на гостью. Она невольно поежилась.
Тяжелые чугунные ворота с замысловатыми завитками тотчас же отворились, как только они подъехали. Вороной уверенно поцокал копытами по каменной поверхности, но Лысому новое место не понравилось. Недовольно фыркая и прядая ушами, он не хотел двигаться вперед, словно чуял опасность. Незнакомец прикрикнул на него и дернул за повод. Лысый успокоился и послушно побрел за ним. Они доехали до внутреннего дворика и остановились.
Навстречу бросился мальчишка лет пятнадцати. Незнакомец спешился и кинул ему поводья; что-то сказал стоявшему рядом старику с белой бородой и махнул в сторону телеги рукой. Старик кивнул головой, а незнакомец ушел, не глядя на Злату.
Она одиноко сидела в телеге, незаметно оглядываясь. Здесь все было по-другому; не так, как в деревне. Чистый двор, мощеный серым камнем; аккуратные конюшни с широко распахнутыми воротами, в стойлах которых виднелись лошади разных мастей. Они с любопытством таращились на Злату; некоторые приветственно махали головами. То и дело сновали туда-сюда мужчины и женщины. Среди них она заметила двух снувийцев. Они искоса поглядывали на новенькую и старательно отводили взгляд, лишь только встречались с ней глазами. Никто не подходил к Злате, и она сидела, как будто никому не нужная, не зная, что делать.
На дворике появилась пожилая женщина с каменным выражением на лице. Длинное, до пят коричневое платье подметало подолом и без того вычищенное покрытие.
Женщина остановилась перед Златой и стала молча ее разглядывать.
– Здравствуйте, – наклонила Злата голову и незаметно разгладила платье.
– Идите за мной, – пробурчала женщина и направилась к дверям замка.
– Куда? – спросила Злата, оглядываясь.
Фляги стояли на открытом солнце. Она боялась за молоко. Ее накажут, если оно прокиснет. Придется потом отвечать за его порчу.
– Скоро узнаете, – неприветливо блеснула глазами женщина и скрылась внутри замка. Злате пришлось бежать за ней, чтобы не отстать.
Прежде, чем зайти внутрь замка, она оглянулась. К телеге подошли два дюжих снувийца и стали снимать фляги с молоком.
– Стойте! Куда вы их тащите? – воскликнула Злата.
Снувийцы недоуменно оглянулись. Кто-то дернул Злату за рукав.
– Вас это не касается. Вы привезли молоко, остальное не ваша забота. Идемте к высшему асаму. Не заставляйте его ждать. – Процедила сквозь зубы ее проводница, все еще держа ее за руку.
Снувийцы погрузили бидоны на маленькие платформы и повезли во внутренний дворик.
Женщина поднялась по мраморным ступеням, покрытыми красными дорожками, на второй этаж и остановилась возле светлой коробочки на стене. Надавила на нее ладонью и произнесла:
– Варесса.