– Подожди, не мельтеши, – осадила ее древнийка. – Надо выждать. Ты же не хочешь попасть еще в одну темницу, на этот раз Вещего Дисмарха?
Злата вспомнила все, что слышала о нем: и как он отбирал маленьких мальчиков у их матерей, чтобы вырастить для себя верных слуг, и как навсегда исчезали в его подвалах неугодные и несогласные с ним, и как покупал невинных девушек для своих развлечений; и как морил голодом свой народ. Все это говорило об одном – колдун безжалостен; чья-то жизнь и судьба для него ничего не стоили. Он легко мог забить до смерти Колобка, не составляло для него труда и отравить его. Неужели древнийка ничего не знала?
Злата возмутилась:
– Нельзя ждать! Он убьет его!
Старая Альва внешне держалась спокойно, но в ее глазах сквозила тревога. Тем не менее, она мягко возразила:
– Надо подумать, как выручить его. До утра время есть.
– Вы что, не соображаете? Не можете голову включить? Нельзя ждать! Не хотите, я одна пойду. Пусть оставит Колобка и забирает меня.
Древнийка посмотрела с неодобрением:
– Прекрати верещать и послушай меня.
Злата вдохнула раз-другой. Помолчала немного, выравнивая дыхание, и процедила сквозь зубы:
– Хорошо, говорите.
– Сперва узнаем, как колдун захватил Колобка. Нет толку сейчас колдовать. Вещий Дисмарх оставил свою магию, ночью она особенно сильная. К утру она рассосется, и мы узнаем, что делать. – Старая Альва потерла покрасневшие глаза. Похоже, ее тоже мучила бессонница. – Давай-ка спать. Утром решим, что делать.
Предложение не понравилось Злате, и она буркнула:
– Вряд ли я усну.
Древнийка устало опустилась в кресло-качалку и откинулась на спинку. Кресло заскрипело, словно недовольное тем, что его заставили работать ночью. Злата опустилась на краешек стула и прижалась к столу, готовая вскочить в любой момент. Она неподвижно сидела, прислушиваясь к покачиванию кресла-качалки и потрескиванию горящей свечи. Глаза ее беспокойно прыгали из стороны в сторону. Злата искала решение. Как назло, в голову ничего путного не приходило. Мысли ворочались тяжелыми жерновами, взгляд перемещался от предмета к предмету все медленнее, пока не застыл на стенных часах. Злата моргнула раз, другой, опустила голову на стол и уснула.
Проснулась она от того, что затекла шея и руки. Она покрутила руками и размяла плечи. Вроде стало легче.
За окном уже поднималось солнце.
Старая Альва снова проводила ритуал. Звучно булькала стекловидная жидкость, на фарфоровой палочке повис пузырь. Он начал разбухать, а когда увеличился до футбольного меча, то что-то, видимо, пошло не так. Пузырь взмыл в воздух, превратившись в голову Вещего Дисмарха. Так же, как и ночью, он рявкнул:
– Я отпущу Колобка, если придет Оксана. Понятно?
На этот раз Старая Альва не растерялась. Она прочертила палочкой круг в воздухе:
– Дунь и плюнь! Рожа окаянная, уйди от меня к низовым, на третий этаж нижнего уровня.
Пузырь с головой задрожал и лопнул.
Древнийка вытерла пот со лба:
– Ничего не получается. Колдун наложил особое заклятие. Оно мешает узнать, что случилось с Колобком.
– Но вы же можете его снять?
– Для этого нужно время, а у нас его нет.
– Понятно. – Помрачнела Злата. – Процессор завис.
– Что? – не поняла древнийка.
Злата пояснила:
– Так говорят в мире людей, когда что-то мешает работать. Что же делать?
Старая Альва пожала плечами:
– Наверное, отправиться к колдуну без всякого плана.
Она тяжело поднялась со стула. Стул заохал, словно сочувствуя. Шаркая ногами, как немощная старушка, Старая Альва прошла к печке, держа в руках ритуальные принадлежности. Палочка виновато брякалась о край чаши, видимо, извиняясь за сорванный ритуал.
Древнийка сунула руку в карман, проверяя, что в нем есть, и вытащила игрушечную фигурку собаки. Недоуменно покрутила между пальцами, словно не понимая, как она очутилась в кармане.
– Это же Грэсси! – воскликнула Злата. Она уже и не надеялась увидеть фигурку снова. – Где вы ее взяли?
Старая Альва протянула Злате фигурку: